Вопреки ожиданиям, Лингимир смог достаточно долго сопротивляться без помощи эльфов. Хотя скоро те пришли на помощь и оттеснили вандерширскую темную армию обратно за реку. Заставы были укреплены, а построенные мосты и насыпи уничтожены. Теперь местность около когда-то живописной реки превратилась в изувеченное магией пожарище, а ее берега были изрезаны канавами и ухабами, еще больше расширив реку. Лес на стороне Эвервуда отступил, выжженный первыми атаками, на стороне Вандершира он был вырублен, для постройки мостов и дамбы.

Лоакинор призвал на помощь Холоу, напомнив об обещании, данном Эриком. Войско короля Холоу уже было готово и по первому зову выступило за пределы государства. В качестве трофея Лоакинор позволил Эрику взять Итилиан. Но Эрик не знал о новом оружии, изобретенном там, и получил мощный отпор. Не желая терять часть своих людей, король Холоу повернул в Вандершир, решив разделаться с Итилианом после, когда падет Эвервуд и эльфы.

Теперь оба короля планировали новое нападение на Эвервуд, сидя в мрачном зале дворца посреди сгоревшего Уайтпорта. Солдаты Холоу продолжали движение к западной границе следом за своими вандерширскими союзниками.

— Это наступление будет решающим, - сказал король Вандершира. Он был все в том же обличье герцога Макмилона, хотя человеческое тело плохо выдерживало новый образ жизни бессмертного хозяина. Лоакинору некогда было спать и есть, он не стригся и не брился, весь поглощенный планированием и расчетами. Каждая неудача повергала его в ярость, которую приходилось вымещать на окружающей обстановке или портретах предыдущих королей, специально для этого оставленных нетронутыми.

— Мои слуги сообщили, что ублюдок получил поддержку этих дикарей из пустыни, - продолжал он, сидя на своем троне из черного мрамора, обтянутом шкурами животных.
– Скоро он придет на помощь своему дружку, тогда шансы опять будут не в нашу пользу.

— Разве твои слуги не могут послать им шторм?
– изумился Эрик, нисколько не теряясь в присутствии мрачного союзника. Тибальд стоял в стороне мертвенно бледный. Вампир с кудрями цвета бронзы, не сводил с него взгляда. Принц прекрасно знал, что его не тронут, и не боялся прислужников Лоакинора. Его повергал в отчаяние плачевный вид дворца и разрушенная столица. Он опасался, что союзник может в любой момент повернуть против них и тогда Холоу последует за Вандерширом в небытие.

— Если бы ваш покойный дядя сдержал свое обещание и избавился от мага, корабли Вандершира уже лежали бы на дне морском, - отвечал нарочито вежливо Лоакинор.
– А ваш троюродный брат перед побегом оставил меня без слуги, который эти самые шторма мог усилить многократно.

— Разве такое возможно?
– изумился притворно Эрик, не уступавший собеседнику в бессердечности и расчетливости. Он, конечно, знал, что Виктор убил Николаса, правую руку Лоакинора, но желал еще раз напомнить о том дне союзнику.

— Вы, наверное, думаете, что это подвиг?
– злобно усмехнувшись, спросил Лоакинор.
– Но стоит вам убить кого-то из бессмертных, и вы станете связаны неразрывно. Николас сослужил мне последнюю службу. Его убийца должен явиться сюда не позднее чем через месяц. Иначе Николас сможет стать его неизменным спутником.

— Разве он жив?
– Эрик понял, что рано порадовался.

— Он всегда рядом, как и все мои братья, первые бессмертные, - Лоакинор рассмеялся, когда король Холоу вздрогнул, заметив тени рэи, появившиеся из всех щелей зала, заполняя собой все свободное пространство.

— Пусть они не могут взять меч в руки, - продолжал Лоакинор, довольный эффектом.
– Но могут довести до безумия видениями. Лишить воли, а слабого духом даже убить. Поэтому, вам принц, советую сесть ближе к огню.

Тибальд одарил узурпатора недобрым взглядом, но подошел ближе к большому мраморному камину, в котором пылал огонь. Хотя огонь, как и все остальное во дворце, не был обычным согревающим пламенем. Это было сине-зеленое гудящее существо, готовое, казалось, вот-вот выскочить и заполонить собой весь зал, сожрав всех его гостей.

— Не бойтесь, Яра держит Его в узде, - рассмеялся злорадно Лоакинор. Стоявший справа от него мужчина в черном плаще и накинутом капюшоне, поднял голову и Тибальд увидел его лицо. Молодой человек вздрогнул и попятился, едва не упав в камин. Лицо Яры было абсолютно лишено черт и вообще признаков человеческого лица. Плоская белая поверхность без глаз, носа, рта и скул, идеально очерченный овал, покрытый бледной плотью.

— Не знал бы я обратного, решил бы, что это сын Сэдрика, - произнес Лоакинор, взглянув на короля Холоу. Эрик побледнел, но не ужасное лицо бессмертного напугало его.

— Ваш брат тоже не отличался храбростью при жизни, - продолжал темный король.
– Ваш батюшка был очень крут с ним. Вам повезло, что вы жили тут, при дворе своего мягкотелого родственника.

— Оставим моих родственников и вернемся к планам наступления, - прервал его Эрик, заметив, что Тибальд прислушивается к разговору, позабыв о Яре.

— Я всегда был большим другом вашей семьи, - усмехнулся Лоакинор.
– Тогда я был бароном, славное было время. Сколько эльфов полегло.

— Поляжет еще больше, если мы придумаем, как нам избавиться от Лингимира, - сказал Эрик.
– Эльфы любят его, он потомок одной их королевы. Убив старика, мы много не добились.