– Кажется, я догадалась, – выпаливает Моана и растворяется в воздухе.

А вот мне надо взять «Основы…» и уйти в самый дальний угол дома. Пока Сарат ей все объяснит, у меня есть верные полчаса.

На самом деле прошел час. Мои тягостные раздумья над теоретической магией прервала домоправительница:

– Особо почтенная Моана ждет вас в своей комнате.

Особо почтенная выглядела по высшему классу: сияющая улыбка, румянец, выражение лица, наводящее на игривые мысли.

– Я почти поняла, мне не ясны только детали, – поспешила она с заявлением. – Теперь я могу заняться и с Ириной, и с Саратом – когда вас рядом не будет.

Мы быстро обговорили, в каких комнатах мне нельзя появляться, а в каких нельзя появляться ей.

После этого я наскоро перекусил и поехал в город сам.

В городе первым делом я прошелся вдоль ювелирных лавок. Наконец я нашел то, что искал: мастерскую, где хозяин больше изготавливал, чем продавал. Мне понравились его руки: они были покрыты следами масла. Это означало, что он тянет проволоку.

– Доброго вам дня, уважаемый.

– И вам. Чем могу быть полезен?

– Хочу сделать особенные изделия из золота.

– Что именно?

– Иглы. Вот таких размеров, – я показал.

Молчание. Хозяин смотрел сквозь меня, явно прикидывая что-то.

– Могу ли я поинтересоваться, уважаемый – эти иглы нужны вам в качестве украшения?

– Нет. Это для медицинских целей, они предназначены для целительницы.

Опять молчание. Я терпеливо жду.

– Как понимаю, металл не должен темнеть…

Это он имеет в виду «не должен окисляться», но я понял.

– Именно так, уважаемый.

– Тогда могу предложить сделать иглы из, – неизвестное слово.

– Могу я посмотреть на заготовку?

Через минуту подмастерье приносит кусочек проволоки. Платина, вот что это такое. Включим слово в мой словарь. Изо всех сил делаю покерное лицо.

– Могу я поинтересоваться, почему вы предлагаете мне платину?

– Она не темнеет ни от времени, ни от пребывания в жидкостях. И твердая, что удобно для игл. Вы получите эти иглы по цене серебряных, но серебро темнеет, а платина – нет.

Все ясно, здесь до технической платины еще не додумались, поэтому она сравнительно дешева.

– Согласен, но есть еще условие. Один конец иглы должен быть заострен, а второй – оканчиваться шариком, вот такого диаметра. Шарик можно сделать из серебра.

– Будет сделано.

Мы немного поторговались о цене. Условились на цене в пятнадцать серебрушек за десяток игл. Хозяин явно имел проволоку подходящего размера, поскольку пообещал сделать работу за час.

Не желая торчать в мастерской, я снова пошел на рынок. В результате купил там коробочку для игл. И в том же ряду лавок мне бросилась в глаза шкатулка. Очень уж тонкая на ней была резьба. Хозяин увидел направление моего взгляда и выскочил навстречу.

– Уважаемый, можно посмотреть на эту шкатулку?

– Ну разумеется, уважаемый. Тончайшая работа. Как раз для хранения драгоценностей.

Я взял шкатулку в руки. Да, резьба была тонкой, но не только это привлекало внимание. Резьба была сделана со вкусом. Но, возможно, работа была по образцу?

– Уважаемый, а подобные шкатулки у вас есть?

– Конечно есть, извольте посмотреть.

Я посмотрел очень тщательно. Ни одной одинаковой. Следовательно, резчик работал не по образцу. И еще одно я рассмотрел: все ямки были сделаны одним движением резца. Следовательно, резал человек с прекрасной координацией и отменным глазомером.

– Уважаемый, я хотел бы поговорить с мастером, который делал эту шкатулку.

– Он перед вами. Я вас слушаю.

Мне достаточно было одного взгляда на руки. Уж такая-то работа должна была оставить мозоли.

– Уважаемый, я, похоже, недостаточно ясно выразился. Я хотел бы поговорить с резчиком, что делал эту шкатулку.

Хозяин был, по всем признакам, столь же глуп, сколь и тщеславен.

– Это я вырезал.

– Уважаемый, я умею отличать правду от лжи, – добавив сахару в голос: – Поверьте мне, есть способы. Итак, не позовете ли вы резчика?

– Он не член гильдии и не может продать вам что-либо.

– Разве я что-то говорил о продаже? Право же, я хорошо помню, что сказал «поговорить».

– Он не может к вам выйти.

– Отчего же?

– Он не может ходить.

– Тогда как же он попадает в вашу лавку?

Теперь в глазах у хозяина читалась не жадность, а откровенная злоба.

– Итак?..

Молчание.

– Имя резчика?

Молчание.

– Повторите имя резчика, уважаемый, – со всей возможной ласковостью, – я его плохо расслышал.