— Нашёл что-нибудь? — спросил Убертино приятеля, немного осмотревшись.

Алькмаро раздавил сапогом несколько шпулек и покачал головой.

Лезвие алебарды прошло в нескольких сантиметрах от лица Джулии и замерло возле верёвок, державших педали станка, под которыми она пряталась. Солдаты подошли ближе и, высоко подняв факелы, осветили свои рябые лица.

— Они говорили, что воров было двое, — сказал Алькмаро.

— Откуда они знают?

— Поймали там одного, снаружи.

Дагоберто, догадался Джейсон, не слишком, однако, сочувствуя ему. Не шелохнувшись, он ждал, что солдаты уйдут. Но они подошли к станку ближе и просто так, без всякой видимой причины, разрубили пару верёвок, державших педали. Часть из них рухнула совсем рядом с ногой Джулии, и девочка невольно вскрикнула от испуга.

— Смотри! — воскликнул Убертино. — Вот она, воровка!

Джулия хотела было спрятаться под станком, но мешали упавшие педали. Солдат схватил её за ногу и потянул к себе.

— Поймал! — обрадовался он и потащил девочку.

— Джейсон! — закричала Джулия, протягивая к брату руки и в то же время пытаясь вырваться.

Джейсон вышел из своего укрытия и хотел подхватить сестру, но в темноте так сильно стукнулся лбом о станок, что из глаз посыпались искры, и от острой боли он на мгновение даже потерял сознание.

— Джейсон! — звала его Джулия где-то совсем рядом.

А он упал, схватившись за голову, которая раскалывалась и гудела, как колокол. Глаза затянула серая, а потом и чёрная пелена. Мальчик услышал какой то шум возле себя, какую-то суматоху, крик Джулии и сумел только проговорить:

— Иду, сестрёнка…

А потом снова потерял сознание.

— Мы поймали тебя, паршивка! — громко сказал солдат.

— Он здесь, мы поймали его! — донеслось откуда-то издалека.

Нас поймали, подумал Джейсон, свернувшись калачиком, ожидая, что с минуты на минуту чья-то рука поднимет его с полу и уведёт, но ничего этого не случилось.

Более того, голоса и крики стихли, шаги солдат удалились, и очень скоро наступила полная тишина.

Когда Джейсон открыл глаза, рядом никого не было. Над ним нависал огромный деревянный ткацкий станок, в окно светила луна, значит, ещё ночь, подумал мальчик.

— Джулия! — позвал Джейсон, но ответа не услышал.

Он выполз из-под станка. Голова отчаянно гудела, в ушах стучало. Потрогав лоб, Джейсон ощутил сильную боль и обнаружил огромную шишку.

Он с трудом поднялся, заметив, что пол усеян деревянными шпульками и обрывками ткани.

— Джулия!

Никакого ответа.

Шатаясь, Джейсон вышел из комнаты. Наружная дверь распахнута и висит на одной петле. На свежем воздухе ему стало немного легче. Тревога не давала покоя, а усеянное воронками поле возле крепости казалось ещё безутешнее, чем прежде.

— Джулия! — опять позвал он, прекрасно понимая, что сестра не откликнется и оттуда.

Он опять пощупал свой лоб, пытаясь понять, что же произошло. Потерял сознание, и солдаты не нашли его. Почему? Может, решили, что умер?

Он с огорчением посмотрел на столбы с подвешенным канатом, на колокольчик у низкой каменной ограды на другом конце поля и стал соображать, сможет ли снова переправиться туда по канату. Решил, что не сможет. Устал. Слишком устал. И потому, совершенно обессилевший, опустился на землю прямо у входа в Громыхающую мастерскую.

Теперь, когда солдаты схватили и неизвестно куда отвели его сестру, он особенно остро почувствовал, какая эта страшная беда — остаться одному. Нет рядом Рика, чтобы дать умный совет, нет Джулии, чтобы вовремя остановить его, когда он слишком увлекается. Нет даже Нестора и никого из жителей Килморской бухты. Никого нет.

В этой крепости на вершине отвесной горы со множеством запутанных переходов Джейсон просто не знал, что делать: никого не было рядом. Ни друга, ни какой-нибудь вещи, ни карты, даже цели никакой не было. Он оказался случайным человеком в случайном месте.

Мрачно размышляя обо всём этом, он вдруг услышал за спиной какой-то шум, как будто что-то приближается откуда-то сверху.

Джейсон резко обернулся и увидел перед собой перевёрнутое лицо: волосы стояли дыбом, ноздри смотрели вверх, а улыбающийся рот находился над ними.

— Привет, — произнесло перевёрнутое лицо.

И Дагоберто легко соскользнул на своей верёвке прямо к Джейсону:

— Как дела?

Джейсон помолчал, ожидая, что ещё скажет вор.

— Мне жаль, что увели твою сестру, — прибавил тот.

Джейсон подумал: «Наверное, это Дагоберто выдал нас с Джулией солдатам — скорее всего, для того, чтобы они отпустили его». И с трудом сдержался, чтобы не ударить его как следует, а только сильно толкнул, так что воришка стукнулся о стену.

— Это ты выдал нас, да?