Ольга. Ага. Например, Ольгия (смеется). В честь меня.

Виктор. Ну нет. Тогда уж Виктория. В честь другого не менее хорошего человека.

Ольга. Или вот. Раз они назвали свою страну СиЛэндом — Морской Землёй, то можно назвать так — Таёжная Земля. Тайга-лэнд. Я — королева ТайгаЛэнда.

Виктор (морщась). Мне не нравится. Диснейленд напоминает с Микки Маусом.

Ольга. Придумай что-нибудь получше. Только чтобы упоминалась тайга. Таёжный рай, например.

Виктор (после паузы). Государство «Таёжный рай»? Глупо немного, но в целом ничего. Сойдёт. Итак — я, Виктор Первый, король милостью божьей, или как там — ну в общем, объявляю это место своим королевством. Королевой назначаю Ольгу ибн Гаруду.

Ольга. (весело) Эх, жаль, подданные наши разбежались. Никто за нами не поухаживает. (хлопает в ладоши) Трапезничать желаю!

Виктор. Угу. Кстати, я тоже есть хочу. Перекусим?

Ольга кивает. Они садятся на траву, достают из рюкзака еду, начинают есть.

Виктор (с набитым ртом). Вообще, конечно полагалось, чтобы мы разожгли костер. Ну там — мясо, вино, песни под гитару. Но мне лень.

Ольга. Да, с костром долго возиться. Позже разведем. Когда похолодает.

Пауза.

Виктор. (закончив есть) Хорошо! Первый голод утолили. (нерешительно) Может всё-таки водки?

Ольга. Ладно уж, давай… Еды ещё много. Только давай в палатке сядем. Мне ветер не нравится.

Виктор. Угу. И сок есть. (заходят в палатку).

Ольга. А ты что, водку любишь?

Виктор. Нет. Хотя не знаю. Нравится. Ну не водка, конечно, а чувство опьянения. Раскованность.

Ольга. А я вообще не люблю пить. Уже.

Виктор достаёт из рюкзака водку и пакет яблочного сока.

Виктор. Вот. Теплая немножко, правда.

Ольга. А стаканчики?

Виктор (растерянно). Забыл. Из горлышка пьешь? Забыл купить.

Ольга (вздохнув). Попытаюсь. Детский сад какой-то.

Виктор. (открывает сок и свинчивает пробку у бутылки водки). Ну давай. Я первый, да? (морщась, делает большой глоток водки и быстро запивает соком. Вздрагивает). Теплая, зараза. Плохо пошла. (передает бутылку Ольге). На. Только во рту не держи, сразу глотай и запивай соком.

Ольга (усмехаясь). Не учи учёную. (быстро выпивает)

Виктор (удивленно). Ты даже не поморщилась. (закуривает)

Ольга. Опыт, мальчик, опыт. Дай и мне.

Виктор протягивает Ольге сигарету. Девушка затягивается.

Ольга. Знаешь, я буквально вчера ночью, перед встречей с тобой, долго смотрела телевизор. Тупо на диване с черешней и пультом. Отличное времяпрепровождение — если редко… Смотрела передачу по «Культуре» о Тарковском. Вся эта Москва златоглавая, все эти рассказы о святом Тарковском и как «он нас всех изменил», и что когда он пришел в кино, иконы замироточили, «боже, царя храни» и вся эта тема… На меня как накатило… Ведь всё это совсем недавно — два, нет, три года назад — было моей жизнью, смыслом существования… Я ездила с мамой в Сергиев Посад, на поклон к Сергию, ты бы меня не узнал — платочек, юбка по щиколотку, рюкзак — сирота казанская… Мама очень боялась, что я где-нибудь сойду на станции — и в монастырь. Вещи от меня прятала — я ведь вещи относила в приют для бездомных… А потом мы ехали обратно, и там произошел случай, который начал приводить меня в чувство. С нами в купе ехал молодой парень, к друзьям на Байкал. Его звали Сашей, он работал в милиции, ненавидел свою работу, но деньги же надо же зарабатывать… А я уткнулась в библию, в молитвенник, жития святых и всё такое — на него никакого внимания. Но он все время на меня смотрел, как-то так — с желанием, что ли, и в то же время по-доброму. Мама заснула, и мы за 4 часа так разговорились… Ощущение от него такое странное было — не просто близкого человека, а близкого мужчины, такое со мной впервые. Он гладил меня по голове, по рукам, так нежно, а потом хотел обнять, уже на перроне, но рядом стояла мама, и он просто взял меня за руку и сжал так сильно… и всё.

Виктор. Не могу тебя представить в монастыре. Да, я помню, ты писала мне об этом, но после того, как я тебя увидел… Ты какая-то… Странная, конечно, очень, но для монастыря — слишком живая. Ты бы не смогла.

Ольга вздыхает.

Виктор. Смотрю на тебя сбоку — у тебя так кудри спадают на лоб…Я где-то картину видел средневековую — про темных ангелов. У них тоже были такие кудри. (задумчиво) Ты очень на них похожа. (берет в руки бутылку водки, делает большой глоток).

Ольга. Похожа на ангела? Это комплимент? (тоже делает глоток, затем долго кашляет). Вот, сглазил. Не в то горло попала. (запивает соком). А у меня, кстати, мечта была в детстве — стать ангелом. Я их все время рисовала — мадонны с младенцами, средневековые арки, розы. Правда, потом родители оказали мне медвежью услугу — отдали меня в академическую художественную школу. А я не смогла там. Там нельзя было громко говорить, читать мифы, смеяться и обливаться водой. Специальные постановки, голые мальчики, суровый преподаватель по лепке рассказывал о Библии… Но это не те ангелы.