Шрифт:
ТЕЛО КЕЙНА ВЫГНУЛОСЬ ДУГОЙ. ОН РУХНУЛ НА СТОЛ, И ТАРЕЛКИ СО ЗВОНОМ ПОСЫПАЛИСЬ НА ПОЛ. ЕГО ТРЯСЛО.
– ЧТО ПРОИСХОДИТ?- ИСПУГАННО ЗАОРАЛ ПАРКЕР.
– Эй, что с ним, конвульсии?
Тело колониста вытянулось.
– Убейте меня!
– ДЕРЖИТЕ ЕГО!- ЭШ ВЦЕПИЛСЯ В ПЛЕЧИ КЕЙНА, ПРИЖИМАЯ БЬЮЩЕЕСЯ ТЕЛО К
СТОЛУ,- И ЗУБЫ РАЗОЖМИТЕ, ОН МОЖЕТ ПРИКУСИТЬ СЕБЕ ЯЗЫК! ДАЛЛАС, ПОМОГИ МНЕ!!!
ПАРКЕР НАВАЛИЛСЯ НА СТОЛ, ПЫТАЯСЬ РАЗЖАТЬ СВЕДЕННЫЕ ЧЕЛЮСТИ КЕЙНА И ВСАВИТЬ МЕЖДУ НИМИ СТАЛЬНУЮ ВИЛКУ.
– ДА У НЕГО НА ГРУДИ ЧТО-ТО, СМОТРИТЕ!- ЛАМБЕРТ ТКНУЛА ПАЛЬЦЕМ В ЖЕЛВАК, ПРОСТУПИВШИЙ ПОД ТКАНЬЮ ФУТБОЛКИ.
– Назад! Все назад!!!- Эйпон отпрыгнул, глядя, как на груди колониста появляется странная опухоль. Словно в теле вызревал огромный нарыв. Вот он стал величиной с кулак. Еще больше, еще…
Десантники замерли. Происходило что-то непонятное и поэтому особенно страшное.
ВНЕЗАПНО КЕЙН ЗАТИХ. МАЙКА ЛОПНУЛА, И МАТЕРИЯ НАЧАЛА БЫСТРО ПРОПИТЫВАТЬСЯ КРОВЬЮ. А СКВОЗЬ ДЫРУ ПОЯВИЛОСЬ ЭТО…
Рипли закрыла глаза. Она знала, что сейчас произойдет…
Тело колониста обмякло. Оно повисло, удерживаемое мощным слоем вязкой слизи.
А опухоль выросла до невероятных размеров, а затем… словно лопнула небольшая граната. Человека больше не существовало. Из его развороченной груди торчала маленькая змеиная шея.
Существо принялось биться, стремясь выбраться наружу из своего «кокона».
– Убей! Убей его!! Живо!!!
Первым пришел в себя Дрейк. Он ткнул локтем застывшего, как в столбняке Шелдона, и тугая струя огня хлынула в направлении чудовища. Оно завизжало. Невероятный по высоте – почти на грани слышимости – звук ударил по ушам людей, словно ЭТО жаловалось или звало на помощь.
И в этот момент заорал Хадсон:
– ДВИЖЕНИЕ!!!
– Эйпон! Эйпон!!!- Горман орал в микрофон, но сержант не слышал его. На экранах появились полосы, хотя изображение стало более четким. Странность неполадок заключалась в том, что он слышал солдат, а они его – нет,- Эйпон, что у вас происходит?
– Откуда?- Дрейк лихорадочно закрутил головой.
– Не могу понять, сигналы очень странные…
– Ну, быстрее же, Хадсон!- Васкес отступила к стене.
– Очень много сигналов! Со всех сторон!!!
– Приготовились, ребята!!!
– Что происходит, Эйпон?- надрывался Горман, силясь разобрать что-нибудь на прыгающих картинках мониторов.
Рипли и Берк замерли рядом с ним, так же как и он вглядываясь в экраны.
– Я ничего не вижу!- закричал Шелдон, поворачиваясь.
– Он прав! Здесь ничего нет,- Хикс сделал шаг к парапету.
– Но я вам говорю! ЗДЕСЬ ЧТО-ТО ДВИЖЕТСЯ! ОНИ ПОВСЮДУ!НАС ОКРУЖИЛИ!! ГОСПОДИ БОЖЕ!!!
Хадсон вертится волчком, следя за расстоянием до сигналов. Три метра, два…
– Я НЕ ВИЖУ НИКОГО!!!- Шелдон прижался спиной к стене, затравленно оглядываясь вокруг,- Я НИКОГО НЕ ВИЖУ!!!
Первым это увидел Хикс, но было уже поздно. Один из наростов у самого потолка вдруг зашевелился и оказался копией сожженной твари, только выросшей до четырехметровой длины.
ЭТО развернуло поджатый хвост и длинную шею и ринулось со стены на огнеметчика.
Все произошло за долю секунды. Суставчатые лапы обвили волонтера и потащили к распахнутой, густо покрытой
ЛИПКОЙ БЕЛОВАТОЙ СЛИЗЬЮ!
пасти. Шелдон закричал. В его глазах застыл безумный панический ужас.
СЛИЗЬ! ЗНАЧИТ, ТАМ В КОРИДОРЕ ТОЖЕ…
В ту же секунду загрохотал пулемет Васкес.
– А ну, покажем этим ублюдкам, мать их!
– Кто стреляет, черт возьми? Я же приказал – не стрелять,- лепетал в полной растерянности Горман, глядя, как одна за другой пропадают картинки на мониторах. Шелдон, Страуб…
Струя пламени по дуге прошла от пола до потолка. Роббинс выпускал все новые потоки огня. Он понял: этот рейд для него – последний. Им не удастся прорваться к выходу. В коридоре все кишит этими уродами. Речь идет не о жизни, а о том, за какую цену он сможет ее продать!!! Он заливал огнем все. Стены, потолок, пол. Площадка превратилась в пылающий ад.