– Направление?

– Прямо на нас.

– Твою мать,- выругалась Васкес. Она чуть сдвинула ствол пулемета, намериваясь выпустить очередь по дуге, как только ЭТО появится в зоне видимости.

– До него восемь метров.

Группа приготовилась к бою. Всем невольно вспомнились слова Рипли:

– ОДНО ИЗ ЭТИХ СУЩЕСТВ УНИЧТОЖИЛО ВСЮ МОЮ КОМАНДУ ЗА ДВАДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ ЧАСА.

Хадсон на всякий случай оглянулся.

– Шесть.

Палец Васкес лег на спусковой крючок.

– Пять.

Рипли напряженно вглядывалась в полумрак коридора. Никого.

– Четыре. Три, два…

Внезапно откуда-то сбоку вынырнуло маленькое всклоченное существо. Скрюченное и серое, оно шмыгнуло через открытое пространство и скрылось в щели мусоросборника. В то же мгновение заработал пулемет Дрейка. Бронебойные пули рванули стальную обшивку стены, яркое мерцающее пламя осветило лица десантников.

– Не стрелять! – заорал Хикс.

Он первый сообразил, что перед ними ребенок.

– Не стрелять!!!

Васкес стволом пулемета ударила по пульсатору Дрейка, и последние пули ушли в потолок.

Первый живой человек. Пусть даже и ребенок.

– Рипли,- Хикс кивнул женщине на мусоросборник.

Рипли отодвинула рукой щиток, прикрывающий щель и увидела…

Это была девочка. Лет шести-семи, не больше. Чумазая, со спутанными грязными волосами, в порванном сером свитере и держащимся на одной лямке комбинезоне. Настороженные глаза внимательно следили за собравшимися в кучу людьми в военной форме.

Рипли улыбнулась девочке.

– Эй, все в порядке, все в порядке,- тихо и ласково сказала она.

От звуков человеческого голоса ребенок сжался, словно боясь, что ее сейчас ударят.

Рипли увидела покрытые синяками руки девочки, прижимающие к груди резиновую голову куклы. Обычной детской куклы, из тех, что закрывают глаза, когда их кладешь на спину.

– Капрал, возьмите ее,- она снова повернулась к девочке,- Не бойся. Мы не сделаем тебе ничего плохого. Мы здесь, чтобы защитить тебя. Все в порядке…

Хикс осторожно просунул руку в щель.

… Все хорошо…

Еще несколько миллиметров.

… Ну, выходи…

И он схватил девочку за руку.

– Я поймал ее!

Девочка, словно очнувшись от гипноза, быстро наклонилась и впилась в руку капрала зубами.

– Черт!!!- взвыл Хикс, разжимая пальцы,- Она вырвалась! Не упустите ее!!!

Ребенок нырнул куда-то вниз, и тут же серый свитер появился под полом.

Сквозь решетчатую поверхность металлического настила было видно, как девочка проворно поползла в сторону.

– Где она?- продолжал кричать Хикс.

– Вот! Вот!

В поднявшейся суматохе невозможно было разобрать отдельные голоса, все слилось в общий возбужденный гомон.

– Мы сейчас ее упустим!

– Черт! Осторожней там!

– Посветите, кто-нибудь!

– Давай, давай, вон она!

Девочка проползла под перекрытиями и нырнула в новый колодец.

Недолго думая, Рипли легла на пол и протиснулась в узкую щель следом за ней.

Кто-то просунул фонарь, и мусороприемный бункер залил яркий свет.

Девочка затравленно огляделась. Выхода не было. Тупик.

Она забилась в угол, стараясь укрыться от света за грудами мусора.

Рипли подползла к ней.

– Все в порядке… Все в порядке… Не бойся… Все в порядке…,- она осторожно обняла девочку и прижала к себе. Ребенок даже не сопротивлялся, словно кончился завод,- Успокойся, все будет нормально…- и вдруг плечи девочки дрогнули. Раз, другой, третий. Раздалось тихое поскуливание, переходящее в плач,- Ну, ну… тише,- Рипли провела рукой по спутанным волосам, отчего девочка заплакала еще сильнее,- Все будет в порядке, слышишь…

Взгляд ее упал на кучи мусора. В свете фонаря у самых ног блестела ровная пластиковая поверхность.

Одной рукой Рипли подняла прямоугольник и посмотрела.

С цветной фотографии улыбалась ее новая маленькая знакомая. Светлые волосы заплетены в косички. Яркое платье развивается на ветру. А девочка смеется, подставляя лицо утреннему солнцу.

Под фотографией золотыми буквами выведено имя:

«РЕБЕККА ДЖОРДАН».

***

Горман наклонился к сидящей на хирургическом столе девочке и спросил: