– Что ж, играй в свои игры, Леон, смейся надо мной, верь, что я не люблю тебя, если тебе от этого легче!
– Джулия перевела дыхание.
– Я мечтала не о Микеле, а о той жизни, какая у меня могла быть. Я знаю, что испытываю к тебе, и ничего не могу с этим поделать.

Что бы ты ни говорил, что бы ни делал, от этого ничего не изменится: я люблю тебя.

Леон молча смотрел на нее, лишь на виске его билась жилка. Потом взял ее под руку и повел вниз, к ожидавшим гостям.

Еда была великолепна, но Джулия не могла есть. Лидия и Пьетро безостановочно улыбались, показывая жестами, что ей надо есть побольше, она была такой бледной. Но она не могла рассказать им правду.

Их с Леоном усадили на почетное место во главе длинного стола, покрытого белой крахмальной скатертью. Люди из близлежащих деревень, давно знавшие Леона, целовали и его, и ее, входя в увешанный фонариками двор, и вручали им небольшие подарки. Она не могла это выносить. Джулия смотрела на скопившуюся на столе кучу подарков - нехитрые деревенские подношения... На глазах ее снова выступили слезы.

– С тобой все в порядке?
– прошептал Леон.

– Нет, - ответила она, удивляясь прозвучавшей в его голосе заботе. Какое мучение сидеть рядом с ним на почетном месте! Он улыбался, держал ее временами за руку, целовал в щеку, накладывал еды... Но ведь он все это только изображал.

– Перестань, - прошептала она с несчастным видом.

– Но ведь это реальность, Джулия. Вот так бы все и было, если бы мы были женаты.

Видишь, тебе это не нравится.

Бросив вилку на тарелку, Джулия сердито воззрилась на него.

– Вовсе это не реальность!
– снова прошептала она так, чтобы не слышали соседи.
– Это ты живешь в мире фантазий! Думаешь, можно щелкнуть пальцами и любовь исчезнет по твоему требованию. Но так не бывает, даже я могу тебе это рассказать. Думаешь, я могу влюбиться в некий образ? Думаешь, я так глупа и неопытна?

– Ну чего ты хочешь?
– Лицо его замкнулось, но все же она уловила в его глазах выражение непонятной нежности.

– Тебя, - прошептала Джулия. Сердце ее взвилось - и снова упало.
– Не знаю, почему я в тебя влюбилась, - поспешно продолжала она, путаясь в словах.
– Иногда мне кажется, ну что угодно бы отдала, чтобы ничего такого не было. Нет, не могу. Ничего не могу с собой поделать.

Джулия беспомощно пожала плечами. Сейчас не надо было говорить все это вслух. Рядом сидящие гости могли бы услышать. Но вряд ли у нее будет другой такой шанс, с болью подумала она. Когда они доберутся до Тулузы, она, наверное, никогда больше не увидит Леона.

– Наверное, если бы пришлось анализировать... Все дело в том, как ты смотришь на меня, как прикасаешься...

Люди смотрели на них, но ей было уже все равно. То, что она хотела сказать, было так важно.

– И еще.., ты ведь заботишься обо мне.

Помнишь, ты купил мне сандалии на заправочной станции. И всю эту одежду в Ницце. Ты готов был уступить мне постель, хотя сам так устал, что заснул на ходу.

Лицо Леона не изменилось. Джулия умолкла.

– Прости, - пробормотала она.
– Раз уж ты не любишь меня, тебя это все, наверное, только приводит в смущение.
– Нет, не надо на него смотреть! Она собралась с мужеством и добавила:

– Лучше уж иметь тебя своим другом, Леон, чем терпеть такую муку. Эту... ложную любовь. Мне кажется, ты ведешь себя недостойно.

Вид у Леона был по-прежнему непринужденный, лишь руки сжались в кулаки.

– А мне плевать на то, что тебе кажется.

– Будь ты проклят, Леон Дюбуа!
– прошипела Джулия.
– Да кипеть тебе в аду за это!

Леон улыбнулся одними губами.

– Ну, стало быть, с нежными словами покончено, - произнес он утомленно.
– Прости, Джулия. Мне надо было убедить тебя, что ничего у тебя не получится.

– Ну неужели ты ничего не чувствуешь ко мне?
– взмолилась девушка.

В глазах его на мгновение появилось выражение, давшее ей внезапную надежду, но потом он отвернулся, и надежда умерла.

– Нет.

– Может, у тебя и есть причины, почему-то ведь ты так со мной поступаешь. Но как же ты можешь обманывать друзей? Как?

– На тот случай, если ты забыла, - Леон ослепительно улыбнулся сидевшим за столом людям, - нашим жизням угрожает опасность.

Если Микеле где-то поблизости, а мне сказали днем по телефону, что он недалеко, то даже он может сложить два и два, если до него дойдут слухи о французе и девушке - его невесте, которая на самом деле вовсе не невеста.

– Может, было бы безопаснее, если бы я вышла замуж за Микеле, - сердито отрезала Джулия.

– Вот видишь, я же говорил тебе, моя стратегия сработает.

– А как насчет такой стратегии?
– Она ослепительно улыбнулась и опрокинула ему на колени бокал с вином.

Не моргнув глазом, он взял ее за руку, поцеловал, потом опустил руку прямо в тарелку с тортом, а затем перенес испачканную руку ей на колени и прижал к тонкой ткани платья. Встав, он обменялся с окружающими шутками по поводу залитых вином брюк, поцеловал Джулию в щеку и пошел переодеваться.