– Кришнан, - Сингх подвинул табурет к столу и сел.
– Вам не кажется, что пора поговорить откровенно?

– О чем?

– О том, что здесь происходит. Я видел, как вы грохнулись на спину в день приезда.

– Ну и что?

– Ничего. Только не надо уверять меня, будто вы просто дурачились. Вас что-то напугало. Так ведь?

– Ну так.

– А сегодня чего-то испугалась Катья.

Крис с любопытством уставился на индуса.

– Скажете, и вас постигла та же участь?

– Скажу.
– Сингх поморщился и ладонью отогнал от себя дым. Перестаньте чадить, Кришнан.

– Перестал.
– Крис щелчком послал окурок в форточку.
– И что же вас напугало?

– Сегодня утром я перекладывал ящики с провиантом.

– И один из ящиков укусил вас за ягодицу.

– Нет.
– Индус невозмутимо покачал головой.
– Мне явился Анхро-Майнью.

– Кто-кто?
– переспросил Крис.

– Зороастрийское божество.

– И как оно выглядело?

– Наверное, так, как и должно выглядеть божество зла и лжи.

– Стоп-стоп-стоп!..
– Крис коснулся пальцами лба и зажмурился. Зороастризм... Авеста... Ормузд и Ариман. Верно?

– Верно. Анхро-Майнью, он же Ариман...

– Прапрадед Вельзевула, то бишь Сатаны.
– Крис восхищенно присвистнул.
– Однако вам повезло, коллега. И чего он от вас хотел? Душу небось купить воз намерился?

– Сколько вам лет, Кришнан?

– Я уже говорил. Сорок четыре тысячи с хвостиком.

– Тогда понятно, - кивнул индус.

– Что вам понятно?
– насторожился Крис.

– Впадаете в детство.

– Так уж и в детство?

– Не надо паясничать, Кришнан. Поговорим серьезно. Какой сюрприз они вам подкинули?

– Они?
– переспросил Крис.

– Назовем их условно островитянами

– Вы думаете?..
– Крис обхватил пальцами подбородок и во все глаза уставился на Сингха. Тот невозмутимо поправил галстук.

– Я думаю, нам следует во всем этом разобраться. Итак, что видели вы?

– Пасть.

– Пасть?

– Ну да. Провал и там, в глубине, свирепо оскаленную пасть.

– Так...
– Сингх машинально провел ладонью по клеенчатой скатерти. Пасть из преисподней... Божество зла... Обросшее шерстью чудовище... Дьявол?

– Вполне возможно, - кивнул Крис.
– Как мне это сразу в голову не пришло? Стало быть, нас просто-напросто запугивают. Мне, безбожнику, подсунули нечто абстрактное; вам, специалисту по древним религиям, Аримана, а Кэт - самого что ни на есть заурядного черта. Все проще пареной репы. Одна только несущественная загвоздка: зачем они это делают? И вообще, кто они такие, эти островитяне? Где прячутся? Почему носа не кажут? На кой черт им потребовалось поднимать из моря этот песчаный нонсенс? На нем и от солнца-то укрыться негде, а уж от дождя и подавно?
– Крис почти кричал.

– Успокойтесь, Кришнан, - мягко произнес Сингх.
– Держите себя в руках. Островитяне пока всего лишь гипотеза. Ну, а что касается дождей, то их здесь летом практически не бывает. И давайте-ка ляжем спать.

Первое, что они увидели, выйдя из дома утром, были горы. Приземистые, оплывшие, голые, каким и полагается быть горам на песчаных островах. А потом зарядил дождь.

Вначале они ему даже обрадовались: сразу стало прохладнее, да и ходить по влажному песку было куда как легче.

– Дела!
– Крис озадаченно взялся за подбородок.
– Чтобы за одну ночь из моря поднялся целый кряж - такого, по-моему, история еще не знавала!

– Тектоника...
– неуверенно начал было Сингх.

– Какая тектоника!
– возмутился Крис.
– Во-первых, это очень старые горы. Посмотрите, даже пустынный загар на камнях. А во-вторых, вы ощутили хоть один подземный толчок?

– Лихо сработал папаша Саваоф, - ухмыльнулась Катя.
– Как при сотворении мира. И был вечер, и было утро: день третий.

Сингх только вздохнул.

– Ну вот что, - резюмировал Крис.
– Вы, Сингх, остаетесь дома охранять наше гнездышко от непрошеных визитеров. А мы прогуляемся до того геологического чуда. Отколупнем от него самую малость для лабораторных анализов. Не забудьте молоток захватить, Кэт.

– Возьмите с собой оружие, - сказал Сингх, когда Катя скрылась в лаборатории.

– Зачем? Насколько мне помнится, господь бог создал зверей земных только на шестой день.

– Кришнан, - Сингх опустил ладонь ему на плечо.
– Очень прошу вас, будьте осторожны. Бравада здесь ни к чему. Всему свое время.