– Давай, давай, договаривай, - строго потребовал я.

– Я боялась, что ты подумаешь, будто про симпозиум по археологии мы с Марго нарочно придумали, чтобы ты взял меня на Оркус.

Я рассмеялся:

– Да я бы вас в секунду вычислил! Забыла, где я работаю?

– Лучше бы я о твоей работе вообще не знала, - сказал она в ответ, из-за этой истории с Бланцетти я и решила рассказать тебе про Йохана - так, мало ли что...

– И правильно сделала, - похвалил я ее, - он тебя видел?

Татьяна троекратно ответила "нет", но на всякий случай я ей не поверил. Народ настойчиво тянулся на Оркус: Шлаффер, Абметов, мы с Татьяной, а теперь еще и Йохан, которого вообще непонятно куда приткнуть. Собирается целая научная конференция, но не по планетарной археологии, а по фаонским гомоидам, и не на Земле, а на Орку-се. Не удивлюсь, если и Лесли Джонс бродит где-то рядом. Что же касается нападения на Бланцетти, я все больше и больше склонялся к мысли, что истинной целью преступника было вовсе не похищение чего-либо. Никаких ценностей я с собою не прихватил. Единственным, что могло бы заинтересовать преступников, была трехкрылая пирамидка, но приобрел я ее только этим утром. Скорее всего нападавший хотел не украсть, а, наоборот, установить какое-либо устройство подслушивающее или подсматривающее. Но кого, кроме меня, он собирался подслушивать? Сам с собою я пока еще на служебные темы не разговариваю, с Татьяной - тоже. Остается Абметов. Подслушать нас, когда мы находимся где-нибудь в общественном месте, - пара пустяков. Поэтому Абметов не стал говорить в ресторане о делах. Следовательно, он подозревает, что за нами могут следить. Автоматически снимается подозрение с самого Абметова, но только если все вышесказанное - верно.

Поразмыслив таким образом, я позвонил Бруцу и велел ему, как только появятся реальные подозреваемые, не предпринимать никаких дальнейших шагов, не поставив меня в известность. Так ему и сказал: сначала сообщить мне, а уже потом - управляющему и всем остальным, включая подозреваемых. Бруц обещал все исполнить точь-в-точь.

Снова звонок в дверь.

– Ну кто на этот раз, - проворчала Татьяна и пошла открывать. Кого-кого, а Абметова мы никак не ожидали. Он был здорово смущен и прямо с порога залепетал.

– Я пришел просить прощения. Феодор, вы знаете, я вынужден был сказать Бруцу, что вы выходили тогда, за завтраком. Пожалуйста, не поймите меня превратно, но у меня не было другого выхода - рано или поздно он все равно бы узнал... Вы не сердитесь?

– Да ладно, дело житейское, на вашем месте я поступил бы так же. Ничего страшного, правда, Татьяна?

– Правда что? Что ты поступил бы так же? Это, безусловно, правда, согласилась Татьяна, но не с тем, о чем я ее спрашивал.

Абметов все еще стоял на пороге, сконфуженно переминаясь с ноги на ногу. Не было другого выхода, как в очередной раз принять извинения и предложить ему сесть. Он так и сделал. Я подумал, что теперь, после того как он прощен, по всем правилам бытовой психологии, он должен проявить живейшее участие в моей судьбе и заодно предложить свою помощь. Так оно и произошло:

– Я думаю, Бруц вам порядком надоел. Невыносимый тип, абсолютно невыносимый. Я ваш должник, поэтому располагайте мной как вам заблагорассудится, - любезно предложил он.
– Кстати, я живу в четыреста тринадцатом номере, так что дьявольское число нас больше не связывает...

– В самом деле, какая жалость!
– Татьяна разыграла удивление лучше, чем Абметов - раскаяние.

– В таком случае вам следует получше присмотреться к нашей соседке, госпоже Бланцетти. Теперь дьявольское число связывает вас с ней, - заметил я.

– Увы, это так, - с грустью согласился Абметов и вдруг шутливо добавил: - Но я на нее не нападал!

– Охотно верим, - согласилась Татьяна, - к чему это вам!

– Не к чему... но кому-то она понадобилась... или что-то из ее вещей. Странно, я думал, что таким способом уже давно никого не грабят, - наморщив лоб, бормотал Абме-тов, - хотя постойте, может, тот тип вовсе не был грабителем, а как раз наоборот... Я имею в виду - он хотел что-то подложить еи. Что она собой представляет? Вы с ней знакомы?

Трудно разобрать, пришла ли эта мысль ему в голову только сейчас или он явился к нам специально, чтобы ее высказать. Я пересказал вчерашнюю историю с ключом.

– Поначалу она не заметила, что Федр не один, вот и решила подцепить симпатичного молодого человека, - безапелляционно заявила Татьяна.

Абметов сказал, что у Бланцетти нет никаких шансов, по той простой причине, о которой "вы сами, Татьяна, несомненно, догадываетесь" - так он объяснил и... покраснел.

Пока преступник не установил в наш номер ничего подслушивающего, мне следовало, не теряя ни минуты, поговорить с Абметовым о том, ради чего, собственно, я прилетел на Оркус.

– Господин Абметов, в своем письме вы проявили большую осведомленность... даже слишком большую осведомленность о моих научных интересах. Так не пора ли нам поговорить об этом?

– Ну зачем же так официально, - насупился Абметов, - просто Семен, или вы все еще на меня сердитесь?..
– Абметов проводил глазами Татьяну - она вышла из комнаты, тактично оставив нас одних.

– Сержусь я на вас или нет - значения не имеет, - отрезал я.

– Как знаете... Я надеюсь, что встреча со мной не является единственной причиной вашего приезда - иначе, может статься, что вы потратили время впустую.