– Не бойтесь, он не кусается!
– произнёс всадник.
– Тем более. У него все прививки сделаны.

– Замечательно! Благодарю.

– А выглядишь ты не по-нашенски, - задумчиво промолвил юноша.

– Ещё бы мне выглядеть по-вашенски!
– задорно отозвалась Света.
– Я издалека. Путешествую. Интересно ведь!

– Что уж тут в столице интересного? В регионах ещё куда ни шло, но тут так, одни интриги.

– А разве это неинтересно?
– удивилась дотошная Света.

– Интересные интриги умеет плести только Кощей Бессмертный, - с умным видом пояснил наездник, - а он нынче отдыхает где-то за границей, на юге, здоровье, вроде как, поправляет. Ну, у русалок иногда выходит очень даже ничего, но они сейчас все поголовно романы крутят, а Водяной бесится. А без них - что за интерес!.. Так, одно название.

– А кто и с кем в Тридевятом царстве разбирается?
– осторожно полюбопытствовала Света.

– У царя была куча детей. Он собирался провести реформу по институту наследования власти, но не успел и умер. Написал в ежедневнике только "отдайте всё..." - и вот именно, что всё, перо выпадает из рук, врачи бегут со всех ног, но поздно, конец.

– Прямо как мой любимый Пётр Первый...
– прошептала Света, но молодой человек, кажется, не обращал внимания и продолжал:

– Само собой, началась борьба за престол. Дети, братья-сёстры, дяди-тёти, племянники-племянницы, один двоюродный дедушка, три троюродных сестрёнки, друзья, любовницы, министры всякие. Шум-гам! Правда, никого ещё не отравили. Врач уж очень хороший.

– И всё же это интересно!
– уверенно проговорила Света.
– По крайней мере, заслуживает внимания.

– Ссылки они все заслуживают. И пожизненной каторги, - не менее уверенно заметил юноша.

– А править тогда кто будет? Демократическую республику создадите? спросила Света.

– Вопрос, конечно, интересный!
– жизнерадостно заметил всадник. Но... давай лучше свернём на тротуар, а то за нами уже пробка начала образовываться. Грифон, как говорится, проявляет признаки беспокойства. Или вот что - я тебя лучше подвезу! Куда тебе?

– Понятия не имею, - призналась Света.

– А ты куда бы хотела?

– В данный момент - туда, где есть приличная еда.

– О, да ты в рифму говоришь! Надо тебя с придворным певцом познакомить.

Света почти скромно кивнула и подумала: "А теперь он возьмёт и неоригинально скажет, встав в романтическую позу: "А придворный певец - это я!".

– Это явно не я, - юноша почесал у грифона за ухом.
– Тебе лесенку приставить или так взгромоздишься?

– Отличаюсь самостоятельностью, - бросила девица и при этом помыслила: "Кто же он есть? Хоть бы представился".

– Да вот, у меня из головы вылетело: я граф Александр.

– Оч-ч-чень приятно, - Света не знала, куда деть длинные ноги, размещаясь на грифоне, - только непонятно, почему у вас все так упорно желают быть графами. Дракула, например. Чай, Россия!

– Ну, я не совсем русский...

– Понятно. А я Светлана. Можешь звать Светой или Светиком. Я журналистка по профессии.

– О, у нас был такой классный журнал - "Три девятки". Только когда началась вся эта возня у трона, царевич Евгений назначил себя туда главным редактором и начал публиковать компроматы, а его дядя Анатолий сумел договориться с министром печати и устроил цензуру, а потом закрыл. Хотя нет, это Анатолий сначала устроил цензуру, а бывший редактор попросил царевича помочь, а царевич и говорит: "А тогда печатайте про...". Нет, опять не то! Это вообще всё так было задумано дедом Иваном; ему никогда Евгений, двоюродный внучок, не нравился, у него своих навалом. Ну он и...

– А почему журнал назывался "Три девятки"?
– перебила Света.

– Элементарно!
– новый знакомый подёргал поводья грифона и сразу резко натянул их.
– Тридевятое царство - три девятки. Просто легенда такая есть: основатель царства Антон Олегович Крутой много веков назад приехал в чисто поле и сказанул: "Вот пройду 999 шагов и, ежели не провалюсь никуда и не наступлю ни на что, то всё будет в порядке, и, следовательно, я вобью там свой посох и устрою город, а позжее - и царство". Но, как я уже отметил, поле было довольно-таки чистое, и Антон Олегович дошёл до места назначения. И написал на посохе "999". Сокращённо произносится - "Три девятки". Вот и получилось Тридевятое царство. А посох с циферками теперь в музее выставляется. Вот.

Света слушала Александра затаив дыхание, но, когда он закончил, она поняла, что грифон, неся их на своей спине, - летит! Она пристегнулась и свесила ноги в облака.

– Не страшно?
– заботливо спросил граф.

– "Я не боюсь ничего, кроме опасностей!" - процитировала Света Панурга, героя "Гаргантюа и Пантагрюэля" Рабле.

– Действительно...
– юноша чуть рассеянно кивнул.

"Такой-сякой, ведь даже не намекнул, чем занимается, так сказать, по жизни!
– внутренне возмутилась девица, но тотчас спохватилась: - Не, пока не стану на эту тему думать, а то мне кажется, что он мысли умеет улавливать... Хотя, может, это у меня заскоки... Но всё равно, лучше буду угадывать, скажет ли этот Александр, куда мы порхаем".

– А ты случайно не знаешь, в какую, так сказать, степь мы летим? поднял глаза всадник.

– Не знаю! Но было бы неплохо выяснить.

– Я тоже не знаю. Тем не менее, выяснение представляется возможным! Э-эй, грифончик, ты куда нас везёшь, а?

– Туда, где кормят, - коротко протрубил грифон.

– Так он ещё и разговаривает???
– изумилась Света.

– Ну конечно, а то зачем он мне немой был бы нужен, - рассудил Александр.
– А что часто помалкивает, так это от избытка мыслей, а не от недостатка или отсутствия, - и снова обратился к "живому транспорту": - А конкретнее - куда?