Вивьен тем временем кончила завтракать и подошла к нему.

— Понятно, — сказала она. — Но собственного миллиарда у тебя все же нету?

— Нет. Сделку финансируют банки, а также частные лица… Все не так просто.

Сев на подзеркальник, она стала смотреть, как Эдвард пытается завязать узел.

— Значит, ты ничего не производишь и ничего не строишь, — подытожила она то, что смогла понять из объяснений Эдварда. — А что ты делаешь потом с этими компаниями?

— Перепродаю, — сказал он, завязав галстук. Но узел ему не понравился пришлось его развязать.

Вивьен встала и ловко, красивым узлом, завязала галстук.

— Так, значит, ты их продаешь, — вернулась она к прежней теме.

— Практически это происходит так, что я продаю не компанию целиком, а отдельные предприятия… Что приносит мне прибыль.

— Как угонщики, — подтягивая узел, сказала она. — Угонят машину, разберут и толкают ее по частям.

— Приблизительно так. Только легально, — подчеркнул последнее слово Эдвард.

Вивьен улыбнулась и расправила на нем галстук.

— Вот так должен выглядеть настоящий узел, — довольно проговорила она.

— Неплохо. Совсем неплохо, — сказал он, разглядывая себя в зеркало. — Где ты этому научилась?

Отступив, Вивьен тоже полюбовалась им в зеркало.

— Могу открыть тебе свой секрет — в нашем городе я перетрахалась со всеми банковскими клерками.

Он резко повернулся к девушке, которая заметила по его глазам, что ее признание ему не понравилось. Довольная удавшимся розыгрышем, она взяла пиджак и подала его Эдварду.

— Успокойся, меня этому научил мой дедушка. По воскресеньям он всегда надевал галстук.

Лицо Эдварда просветлело, Вивьен же, сняв с его плеча воображаемую пушинку, спросила с нарочитой бесцеремонностью:

— Ты не против, если перед тем, как исчезнуть, я приму у тебя ванну?

Она понимала, что Эдвард собирается уходить и они никогда больше не увидятся.

— Ради Бога. Только будь осторожна, она глубокая!

Он пошел к двери, услышав звонок телефона в спальне. Это был снова Стаки, который сказал, что Джим Моррис согласился поужинать с Эдвардом. Владелец «Моррис Индастриз» просил также сообщить, что придет вместе с внуком.

— Он лучше бы внуку своему передал управление, — заметил язвительно адвокат.

Эдвард, продолжая разговаривать, достал из вчерашнего костюма магнитную карточку от входной двери апартаментов и положил ее в карман пиджака.

— Ну да, — сказал он. — Весьма энергичный парень. Его зовут Дэвид, играет в поло.

— Я должен еще раз предостеречь тебя, — натянуто произнес Филип, — не нравится мне, что ты собрался идти один.

Из ванной комнаты слышался плеск воды и громкое пение Вивьен. «I just want your extra time…» [1] — визгливо пела она, подражая эстрадной звезде.

Эдвард взял телефон и, продолжая слушать уговоры Филипа Стаки, пошел к ванной, приоткрыл дверь и заглянул в нее.

— По-моему, лучше тебе появиться в сопровождении какой-нибудь девушки, говорил Фил, — тогда встреча будет не слишком официальной.

Эдвард молчал, посмеиваясь про себя.

— Ты меня слышишь? — крикнул Фил. — Куда ты пропал?

Тот не отвечал, полностью поглощенный созерцанием поющей девушки, возлежащей в огромной ванне.

Из целого моря пены виднелась только ее голова с наушниками аудиоплеера. Зажмурившись, она самозабвенно орала песню, которую как раз слушала.

Открыв дверь пошире, Эдвард с телефоном в руках вошел в ванную. Вивьен его не заметила.

— Да, да, я слушаю, — сказал он в трубку.

«If you want to impress me…» [2] донеслось до Филипа пение Вивьен.

— Кто там у тебя блеет? — спросил он раздраженно.

— Это горничная поет, — нашелся Эдвард.

— Oh, got to be too flirty, mama, I know how to undress you, [3] — орала Вивьен так, что Филип с трудом смог перекричать ее.