– Ну конечно же. Я тут человек новый и ничего не знаю об обычаях здешних обывателей. В любом случае я пробуду здесь всего несколько дней... если мне удастся найти то, что я хочу.

– Мое имя Джейн.
– Он замялся.
– Август Джейн. Если вам будет что-то надо, то заходите, милости прошу.

После того, как он ушел, я опустился на стул у окна. Джейну может быть что-то известно, а может быть и нет; и все же я был уверен, что если он даже и не знает ничего наверняка, то у него имеются какие-то подозрения.

Идея насчет поиска книжек, якобы необходимых для открытия школы, была необычной и вполне безобидной. На мой взгляд этого было вполне достаточно, чтобы окружающие сочли меня чудаком. Но среди награбленного добра и в самом деле должны были оказаться книги, так как капитаны многих судов брали их с собой в плавание, а многие, отправляясь в колонии, держали на корабле целые библиотеки. К тому же я подозревал, что в этих местах книги, вероятно, были самым неходовым товаром.

Возможно, под предлогом поиска книг мне удалось бы попасть туда, куда иначе чужакам доступ закрыт. Может быть, мне даже удастся побывать в домах хозяев некоторых из дальних плантаций.

Но даже и два дня спустя мне так и не удалось узнать ничего нового. Генри то появлялся, то снова куда-то исчезал, и несколько раз я видел его в компании опрятно одетых чернокожих мужчин, большинство из которых были слишком черными, а некоторые и с налитыми кровью глазами. Это были мароны, спустившиеся сюда со своих холмов. Они вели себя очень достойно и держались особняком, не имея никаких отношений ни с белыми, ни с другими чернокожими.

Моя одежда была доставлена от портного, и я переоделся, а затем взглянул на себя в зеркало. Я настолько привык быть одетым в штаны из оленьей кожи и охотничью рубаху с бахромой, благодаря которой одежда быстрее высыхала после дождя, что был просто поражен, увидев себя теперь этаким красавцем. Это было приятно, но я все равно остался не совсем доволен результатом.

На мне был темно-зеленый камзол, в разрезах рукавов видна нижняя полотняная рубаха, штаны длиной до колен из материи более темного цвета, высокие сапоги из испанской кожи. Воротник камзола был обшит богатым белым кружевом. В то время, пока я разглядывал свое отражение в зеркале, не зная восторгаться ли мне или же просто посмеяться над собой, капитан Тилли постучал в дверь, а затем вошел. С минуту он пристально разглядывал меня, и наконец сказал:

– Ты выглядишь так, как и подобает благородному джентльмену, Кин. Ты просто красавец-мужчина, и что иногда тоже бывает немаловажно.

– Спасибо, капитан. Сам себе я больше нравлюсь в своем охотничьем костюме, но если уж такова мода, то я буду носить эту одежду, и если кто-нибудь только осмелится посмеяться надо мной, то ему придется ответить за это.

– Вот теперь вижу, ты весь в отца. Я так и знал и поэтому принес тебе вот это.
– Он взял в руки ножны, висевшие у него на боку.
– Это хороший клинок. Твой отец оставил его на корабле, и я вытащил его из старого сундука специально для тебя. Носи его в добром здравии.

Это был великолепный клинок. Освободив шпагу от ножен, я взмахнул ею, стараясь побыстрее приноровиться к новому оружию.

– Вот это да! Замечательный клинок, хотя с тех пор, когда я последний раз держал в руке шпагу, прошло уже много лет.

– Ты фехтовал?

– Только с отцом, как я уже сказал, и с Джереми, а еще с Кейном О'Харой и с Сакимом. Они неплохо владели этим искусством, так что я думаю, что у них я многому научился.

– Будь осторожнее! Здесь можно встретить многих, кто мастерски владеет шпагой, это непревзойденные бойцы, хотя они более предпочитают орудовать абордажной саблей и рубить наотмашь, чем парировать удары и делать выпады.

Тут мне на ум пришла еще одна мысль.

– Помнится у моего отца был старый друг, который решил, что не останется жить в горах.

– Джублейн? Да, хороший человек и прекрасный воин. Интересно, как там сейчас у него идут дела? Насколько мне известно, он поначалу вернулся в Англию, затем подался в Нидерланды. Ему было трудно усидеть на одном месте, его всегда влекли к себе странствия. Я слышал от кого-то, что он якобы отправился куда-то на восток, в те земли, где живут мусульмане.

Мы еще долго разговаривали, после чего он возвратился на "Абигейл", а я лег спать, но уснуть не смог. Некоторое время спустя я встал с постели, движимый ощущением какого-то странного беспокойства, и снова подошел к окну. Свет в моей комнате был погашен, улица же была тускло освещена отраженным светом, и какой-то человек стоял на ее противоположной стороне, как раз напротив гостиницы. Я по-преднему стоял у окна. Разглядеть его получше я не мог, так как было слишком темно. Постояв на одном месте еще какое-то время, человек перешел на другую сторону улицы и отправился прочь. Я сразу же узнал его. Только один человек, будучи с виду таким грузным, ступает столь легко.