Но, как только Кэт вышла на улицу, первым, кто попался ей на глаза, был не кто иной, как Майкл Петерсон. Он стоял на тротуаре и рассеянно смотрел в небо, словно пытался что-то вспомнить. У Кэт подпрыгнуло сердце. Она быстро вернулась в здание и спряталась за большим растением в кадке, что было на нее совсем не похоже. Нервно порывшись в сумочке, она извлекла оттуда солнечные очки и нацепила их на нос, осторожно выглядывая из-за растения. Нет, ей не показалось. Это действительно был Майкл. Что он тут делает?

Кэт видела, как он пригладил волосы. Похоже, он здорово волнуется. Может, ждет кого-то? Ее? Кэт тут же придумала возможные причины его появления. Может, у Блам-бергов опять не заладилось и он решил проконсультироваться с ней? Может, он хочет вернуть Фрею с ее, Кэт, помощью? Был только один способ выяснить, в чем дело.

Кэт пулей выскочила из здания и решительно направилась прямо к нему.

— Что вы здесь делаете?

Майкл оторопело смотрел на нее, потом растянул губы в улыбке:

— Я… я вас жду.

— Зачем? — Он был не просто хорош собой, он был великолепен.

— Катерина… Мы не могли бы зайти куда-нибудь выпить по чашке кофе? — Майкл махнул рукой в сторону кафе, расположенного на другой стороне улицы, и буквально впился в нее глазами.

— Давайте, — услышала Кэт собственный голос. Она пыталась овладеть ситуацией, а для этого надо было прежде всего овладеть собой. — Но не туда. Там подают не кофе, а ослиную мочу. За углом есть другое кафе.

Они шли в напряженном молчании. Пресвятая дева! Что заставило ее произнести это непотребство вслух? Она и так уже зарекомендовала себя сварливой, грязной на язык феминисткой. Ладно, к чертям.

Кафе «Оле» не поражало необычностью интерьера — белые стены, хромированные кофейные автоматы и классическая музыка из стереосистемы. Майкл настоял на том, чтобы она села за столик, а он подойдет к стойке и сделает заказ.

Под ней был нормальный прочный стул, но Кэт казалось, что она сидит на жердочке, свесив ноги в пропасть. Сейчас случится что-то ужасное — или чудесное, она не могла с точностью сказать, что именно. Для Кэт, которая хвалилась тем, что голова ее плотно упакована мозгами, а ноги прочно стоят на земле, неопределенность была хуже смерти.

Майкл принес две чашки кофе. Движения его были скупы и осторожны. У него оказались красивые руки с ухоженными ногтями. Когда он сел напротив, футах в двух от нее, ей стало не по себе. Даже мелкий узор на его рубашке завораживал, не говоря уже о спиралевидном изгибе его ушной раковины и ямочке на квадратном подбородке.

— Так о чем вы хотели со мной поговорить? — спросила она.

— Ну… — Майкл положил в кофе кусочек сахара и долго его мешал, — я хотел поблагодарить вас за то, что помогли мне с Бламбергами. — Он поднял глаза и чертовски обаятельно улыбнулся. — Вы были восхитительны.

— Я вела себя как ненормальная! — возразила она, просияв тем не менее от удовольствия. — Джессика Бламберг прислала мне цветы.

— А мне — бутылку вина.

Кэт могла бы спросить, не получил ли он в придачу записку с пожеланием удачи со «своей девушкой», но при одной мысли об этом залилась краской.

— Ну, вот вы меня и поблагодарили, — по-деловому кивнув, заключила она деловым тоном.

— И еще я хотел поговорить с вами о Фрее.

Фрея. Разумеется.

— О чем тут говорить? Вы ее бросили, и она очень расстроена. А я, ее лучшая подруга, сижу тут с вами и пью кофе. Мне даже неловко.

— Я не бросал Фрею! — запротестовал Майкл.

— Как еще можно назвать то, что вы сделали? Пригласить женщину, с которой живешь, в ресторан «по особому поводу» и, вместо того чтобы… — Кэт спохватилась, она едва не выдала Фрею.

— Теперь я вижу, что поступил неправильно. — Майкл нахмурился.

— Хотите сказать, что передумали?

— Нет! — испуганно воскликнул он. — Совсем нет. — Майкл потянул за узел галстука, будто ему не хватало воздуха.

— Вы можете его снять, если хотите, — сказала Кэт.

Он посмотрел на нее так, будто она сделала ему нескромное предложение, после чего снял галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Теперь он выглядел гораздо моложе.

— Я хочу рассказать вам о Фрее, вы должны знать… Вы столько всего наговорили мне на днях, а я… ну, я не хочу, чтобы вы обо мне плохо думали.

— Понимаю. — У Кэт сердце забилось с бешеной скоростью. Она не могла отвести от него глаз.

Медленно и сбивчиво, то и дело останавливаясь, он принялся объяснять, почему их отношения с Фреей закончились так, как закончились. Они с Фреей должны были отправиться в Англию на свадьбу — Кэт, должно быть, знает, о чем речь. Катерина кивнула. Но по мере приближения заветной даты он стал чувствовать себя все более неловко. В глубине души он знал, что у их отношений нет будущего, и был абсолютно уверен в том, что Фрея тоже это знает. Как бы он ни восхищался ею, как бы ни была она ему дорога, они не созданы друг для друга. И никто тут не виноват, просто так вышло. Если бы он поехал с ней в Англию, ее родственники расценили бы это по-своему и ему пришлось бы обмануть их ожидания. И, чтобы не ставить себя и Фрею в двусмысленное положение, он решил обсудить с Фреей сложившуюся ситуацию. Конечно, он все запутал и испортил, но с женщинами у него всегда было так.