— Тело, которым ты собрался рисковать, пока принадлежит и мне тоже, — отозвался демон. — И потом, тебе не кажется, что мне лучше известно, что происходит в этом мире?

— Предлагаешь свои услуги в обмен на существование?

— Какая проницательность.

— Смени тон, букашка. Я выжил там, где ты никогда не был, и вряд ли бы продержался больше двух-трех минут. — раздраженно осадил нахала Титан.

Сокол помолчал:

— Возможно. Я там не был, и ты не знаешь моих возможностей. Зато я прекрасный информатор. В конце концов, я был в подчинении Горечи, который собирал всю информацию на Империю. И я был достаточно близок к Горгоне, чтобы просчитывать некоторые её шаги.

Титан хмыкнул и внезапно насторожился:

— Помолчи немного… Слышишь?..

— Д-да… Что это?… — Сокол резко замолк и забился на самую глубину сознания Изначального. Но тому уже и не требовалась его помощь. Он узнал этот звук. Напевы сирен. Тьма и Бездна, как давно он их не слышал. Титан прислушался и улыбнулся, направление было только одно. Не зря, ох не зря в этой крепости был только один выход к бухте. Темное море воды, которая скрывала свои сокровища и тайны уже через пару шагов от берега, ласкало ступени этой крепости с тех времен, когда Изначальный мир только-только исчез. И Горгона, обнаружившая это место много веков назад, изрядно потрудилась, восстанавливая его, и скрывая от глаз своего любовника. Теперь, когда в крепости снова есть жизнь, сирен видимо приманила эта искра. А ведь это могло быть выходом.

Изначальный решил не тратить магических сил. Тем более сила Сокола ушла вместе с ним. Это было всего лишь тело, оболочка, которую Титан напитал собственной заимствованной силой. Поэтому демон поспешил на песню обычным путем. Перескакивая по две-три ступеньки.

Их было около двух десятков. Прекрасные, обнаженные, они расположились на песке и ступенях, а некоторые покачивались на волнах. Некоторые из них трансформировали свои хвосты в ноги, чтобы выглядеть еще более привлекательно в глазах тех, кто собрался на их зов. А таких было немало. Большая часть челяди и солдат крепости заворожено сидели и стояли неподалеку. Сирены, призвав их, не торопились приближать. Они выбирали. Изначальный помнил эту их увлекательную игру, когда добычи по меркам сирен было достаточно для выбора.

— Еще один? Долго же ты шел, — женщина, стоящая по колено в воде, подняла на него раскосые провалы изумрудной зелени. И он задохнулся, не веря глазам Сокола. Это не могло быть правдой.

— О, — протянула она, вглядываясь в него, словно минуя лицо и тело. — Твоя аура знакома мне. Я почти забыла её вкус и запах. Но, похоже, это действительно ты, Титан. Слухи не врали. Симпатичное лицо ты раздобыл. Оно даже лучше твоего предыдущего.

— Кирина, — выдохнул он. — Неужели сирены живут так долго?!

— И еще дольше, — пожала она плечами. — Я рада, что ты не забыл меня.

Её обнаженное плечо кокетливо выглянуло из-за спутанной массы длинных серебристых волос, которые достигали воды и плыли по ней, словно странные водоросли.

— Забыть?! — искренне удивился Титан. — Это невозможно.

Она задумчиво наклонила голову:

— А вот мы почти забыли, — голос её был ровен, словно она не испытывала по этому поводу никаких эмоций.

Титан широко улыбнулся:

— Но вы пришли. А значит помните. Я думаю, будет не менее весело, чем в прежние времена. А уж добычи в вашем распоряжении будет не просто в достатке, а я думаю в избытке.

Она чуть качнулась назад.

— Ты думаешь, мы пришли сотрудничать, как в старые времена, Титан?

Он почувствовал, как сердце сбилось с ритма на какое-то мгновение:

— Нет? Ты сказала, что тебя привели слухи…

Кирина, теперь он видел по её глазам, что она уже не так юна, как тогда, когда впервые увидел её, задумчиво провела рукой по волосам:

— Ты знаешь, что нам все равно, что творится на суше и кто сражается с кем. Иногда мы присоединялись к тем, кто давал нам множество добычи. Но ты должен помнить, раз не забыл остального, и то, что за свою кровь мы пойдем на все.

Титан почувствовал, как кровь отхлынула от его кожи:

— Не говори мне, что Горгона сглупила и…

— Нет, — качнула головой сирена и улыбнулась, обнажая клыки. — Я хотела спросить тебя, ты знал, что когда вы создавали свои новые игрушки, которые потом вышвырнули вас за Стену, то использовали в некоторых из своих экспериментов, моих сородичей?

— Что?!

Она улыбалась все шире:

— Они хотели создать красивых и страстных созданий, но покорных. Частично замысел удался. И намного позже, мы узнали еще одну особенность демонов, пришедших на ваше место. Титан, — она смотрела на него так, словно он был её пищей. — Сколько бы мы с тобой не веселились, у нас с тобой никогда не было бы ребенка. А они… В них слишком мало нашей крови, чтобы считать их своими, но когда начали рождаться дети…

Он отступил назад, чувствуя два десятка оценивающих ГОЛОДНЫХ глаз на своем теле.

— Когда начали рождаться полукровки, — продолжал её голос. — Мы поняли, что кое-что навсегда изменилось в нашем мире.

— Ты правильно начал боятся, Изначальный, — мужской завораживающий голос прозвучал прямо за спиной.

Титан резко развернулся, и встретился с сапфировыми провалами вместо глаз. Темные волосы волной спускались на обнаженные плечи. А насмешливые губы продолжали двигаться, вынося настоящий приговор: