Я поднял голову и безмятежно ответил:

— Кажется, вы приняли нас за кого-то другого. Не могли бы вы уехать? Вы мешаете нам отдыхать, а у нас впереди долгий и тяжелый путь.

Все пятеро уставились на меня так, словно заговорил не я, а Тварь у меня под боком. Кстати, похоже, нашу зверушку они пока не увидели. Уж очень тихо она лежала, да и я прикрывал её своим телом.

— Ты посмел возражать нам, ничтожество?! — прошипел один из них, вскидывая руку.

И через мгновение мы все трое стояли в оборонительной позиции. У Твари оказался внушительный набор зубов. А у Каины задорно сияли глаза.

— Янус, эти бесы посмели меня разбудить?

— Один-один, — не удержался я от ехидного подсчета очков. Пришельцы назвали нас рабами, Кай в ответ также лишила их звания демонов, низводя на уровень бесов.

— Изначальные все такие грубые, — пожаловалась демонесса, глядя в глаза парню с перьями на голове. — Они каждый раз выводят меня из себя.

Воздух вокруг стал очень тяжелым. Становилось душновато. Леди Огня времени даром не теряла.

— Парис, — звероголовый попятил своего зверя. — Это не рабы. Они из-за Стены.

— Чушь! — проревел тот, что с перьями. — Из-за Стены никто не приходит. Тем более жалкие потомки тех трусов, что заточили нас здесь.

Я улыбнулся как можно обворожительнее:

— Вы знаете, все бывает впервые в жизни. Я вот, например, даже рад быть первопроходцем…

— Ты серьезно? — Каина даже немного повернула голову в мою сторону, чтобы продемонстрировать свое недоумение.

— Ну, где мы еще убьем столько Изначальных? — радостно оскалился я. Какое — то сладковатое чувство вседозволенного безумия захлестывало нас обоих. Вкрадчивый шепот нарастал, превращаясь в торжествующий гул.

— Да подавись ты, — сообщил я тому, кто пытался управлять мной и бросил заклинания тумана и дурмана в пришельцев.

Воздух вокруг них лишался своей кислородной составляющей очень быстро. Каина просто убирала все, чем можно было бы дышать. Если этот мир хочет свести нас с ума, чтобы заполучить, пора показать ему, что такое настоящее безумие.

— Яни! — радостный крик демонессы пробился сквозь сладкий туман жажды убийства. — Нам понадобится язык. Не убивай всех!

— Ты тоже, — откликнулся я, наблюдая, как перьеголовый разрушает иллюзию тумана, почти небрежным движением руки. — Два — лучше, чем один.

А вот с кислородом они, похоже, не разобрались. Поэтому у нас явное преимущество. На какое-то время. В конце-концов, все же наука Изначальных дала нам жизнь.

Огонь встал стеной, окружая демонов. Я улыбнулся, с Каиной приятно работать в паре. Клочки почти развеянного тумана, скользнули как можно ближе к нашим противникам. И пока они отвлеклись на атаки моей спутницы, эти полупрозрачные остатки иллюзии начали свое действие.

— Сколько еще? — выдохнула демонесса рядом со мной. Её глаза горели возбуждением.

— Терпение.

И в этот момент фигуры в кольце пламени на какое-то мгновение замерли. Они погрузились в иллюзии.

— Они наши, — тихо хмыкнул я. — Можем брать голыми руками.

— Так просто? — почти расстроилась Каина. — Ты явно стал большим мастером. Раньше у нас геморроя было намного больше.

Я кивнул:

— Постоянные тренировки — путь к совершенству, дорогая. А теперь нам надо убить троих. Твой выбор?

Она не ответила, но огонь с жадностью охватил одну из фигур. Я одобрительно кивнул. Перьеголовый Парис был опасен. И слишком импульсивен. Нам нужны те, кто сможет осознать, что жизнь им нужнее, чем гордость и глупость.

Тот, что был с когтями, умер от удушья, а один из его спутников стал обедом Твари. Она явно выиграла, последовав за нами.

Звероголового и еще одного невзрачного, мы оставили для допроса. Следовало разъяснить некоторые вопросы.

5.

Горгона нервно мерила шагами комнату, змеи на её голове раздраженно шипели на Титана, который удобно развалился в кресле.

— Чего ты дергаешься? — лениво осведомился, наконец, демон. — Я помог тебе избавиться сразу от двух довольно больших заноз. По-моему, это на некоторое время деморализует остальных.

Демонесса остановилась и остро посмотрела на своего соратника.

— Ты плохо понимаешь ситуацию. И еще хуже разбираешься в здешних делах. Пойми, наконец, это не те, с кем мы сражались в тот раз, когда нас, между прочим, победили и заключили за Стену. Это их потомки. И они развивались. Они становились умнее, сильнее и жестче. Никто не обратит внимания на потери. Я прожила с Рубином достаточно, что бы понять, эти создания не остановятся ни на минуту, не собьются с шага, пока не достигнут своей цели. Империя Рубина оказалась худшим вариантом в итоге. Те, кто сейчас пытаются уничтожить нас, из варианта, который я упустила.