Огнев собрал свой штаб на следующий день.

– К сожалению, я буду в основном оперировать версиями – железных фактов у нас маловато.

Все присутствующие удивленно переглянулись, а один из самых уважаемых сыскарей осторожно заметил:

– А разве те несколько трупов, которые сейчас лежат в судебно-медицинском морге, не являются фактами?

Нет, – хмуро бросил Огнев, – в полной мере не являются. Вот когда мы будем знать, отчего погибли эти люди, тогда мы и получим настоящую фактическую основу, на которую можно будет опереться при формулировании, например, обвинительного заключения. А сейчас эти трупы для нас – просто анатомический материал.

Суровая логика полковника произвела впечатление на муровцев, и они стали относиться к его словам более внимательно.

– Но есть одна вещь, – продолжил Огнев, – которая должна являться для всех нас аксиомой: идет суровая и абсолютно беспощадная война – именно война! – за наследство Константина Карнаухова между различными заинтересованными сторонами. Сейчас у нас даже нет твердых оснований утверждать, что именно Арзаева ликвидировала своего мужа. Ведь в этом случае она остается без наследства. Вполне возможно, Арзаева стала жертвой чьей-то изощренной комбинации. Пожалуй, ясна еще одна вещь: мы имеем дело с исключительно жестокими и изобретательными людьми, которые для достижения своей цели не останавливаются ни перед чем, а законы общечеловеческой морали им вообще неведомы.

Седой подполковник поднял руку.

– Что у вас, товарищ Семенов?

– Я хотел задать вопрос, товарищ полковник.

– Спрашивайте все, что считаете нужным.

– Конечно, борьба за наследство Карнаухова объясняет многие убийства. Взять хотя бы инцидент в Воронцове. Но мы знаем, что из того же ствола, который использовался в ряде ликвидации, были застрелены и двое пареньков в Раменках. Неужели и они претендовали на карнауховское наследство?

– Главная проблема заключается в следующем. В нашем деле фигурирует настоящий маньяк, который может пойти на убийство просто ради собственного удовольствия, без всяких материальных мотивов. И, конечно, тот факт, что трупы обоих юношей обнаружены в одном и том же месте, мы не можем оставить без внимания. Возможно, наш маньяк – совершенно асоциальный тип и именно в районе Раменской поймы имеет нечто вроде логова. В ближайшее время мы должны провести там настоящую войсковую операцию – то есть прочесать данную местность от и до, используя максимальное количество нашего оперативного состава. Но, я надеюсь, нам в этом деле помогут. Я буду требовать от министерства для данного мероприятия привлечь дивизию имени Дзержинского.

Грандиозные замыслы руководителя оперативного штаба вновь произвели впечатление на муровцев, и по залу пронесся гул одобрения.

Седой подполковник снова поднял руку.

– Я вас слушаю, товарищ Семенов.

. – Нельзя ли узнать, за кем теперь может охотиться этот маньяк или какой другой убийца из конкурирующих кланов? Говоря иначе, кто теперь является основным претендентом на наследство Карнаухова?

– В первую очередь сын Константина Карнаухова – Геннадий. Но парень, прочувствовав ситуацию, залег на дно, и мы сами его теперь не можем найти – не то что этот маньяк. Подчеркну: главную опасность для общества представляет именно пока неизвестный нам маньяк. Что он существует в реальности и совершает мотивированные и немотивированные убийства, никаких сомнений нет. А что касается какого-то другого киллера, выполняющего заказ одной из конкурирующих сторон, то, скорее всего, его не существует в принципе. Я склонен предполагать, что вообще все убийства в «деле Арзаевой» совершены одним человеком, но действующим при этом в интересах разных групп лиц. – Здесь полковник сделал паузу и обвел присутствующих пристальным и суровым взглядом, будто пытаясь найти среди них тех, кого еще не убедили его слова. Вообще-то Огнев и сам не слишком верил в высказанную им версию, хотя и считал, что она имеет право на жизнь. Главное же – эта версия работала на заранее известный ему результат его пиар-акции, то есть облавы в Раменской пойме. – Вернемся, однако, к вопросу товарища Семенова. Другой претенденткой на наследство бизнесмена является сотрудница фирмы «Монмартр» Людмила Силкина – она имела родственные связи с покойным ныне Карнауховым. Хотя права на наследство у нее сейчас достаточно призрачные, но в случае преждевременной смерти Геннадия Карнаухова они становятся вполне реальными. Безусловно, охотники за богатством погибшего президента «Этели» учитывают этот вариант и уже приговорили Людмилу Силкину. И теперь мы ловим нашего маньячка, так сказать, на живца. – Тут полковник Огнев позволил себе улыбнуться. – Дело в том, что Силкина находится под негласной охраной наших людей, и как только убийца сунется к ней домой, то сразу же будет схвачен.

И вновь по залу прошел одобрительный гул.

Тут в помещение вошел молоденький секретарь Огнева и, молча содрогаясь от ужаса, протянул ему записку.

Полковник развернул ее и прочел: Охранники Людмилы Силкиной и она сама обнаружены в ее квартире мертвыми.

Артур Шалимов взглянул на часы: гримироваться, пожалуй, еще рановато, до «выхода в свет» далеко. Есть время отдохнуть и пораскинуть мозгами.

Мысли его сконцентрировались на Станиславе Шумском – надо как-то наказать этого говнюка, этого жадного фраера, который нагло использовал его, Артура, для собственного обогащения. Причем втемную! А то – книгу он пишет, прозаик хренов…

Правда, Артур все еще никак не мог понять, каким же образом Шумский использует его конфиденциальные данные. Связь, однако, прослеживалась прямая – журналист запрашивает информацию у детектива на предмет кого интересует какой-нибудь Семен Семеныч в качестве трупа, детектив такие сведения дает, и очень скоро Семен Семеныч действительно становится трупом. Причем трупом без всякого криминала!

Получалось так, что искусный киллер, имитирующий естественную смерть Семена Семеныча или несчастный случай с ним, сначала подбирался к жертве как бы по жизни, втирался к нему в доверие, чтобы провернуть свое дельце без всяких помех, а потом уже шел поиск заказчика.

Но такая комбинация представлялась Артуру уж чересчур сложной, громоздкой, а значит, непрактичной. Ведь объект, который предстояло убрать, обязательно должен мешать кому-то по-крупному, а значит, быть очень серьезным бизнесменом либо чиновником высокого уровня. И, следовательно, войти к нему в доверие не так-то легко. Для этого требуются соответствующие связи в бизнес-элите или в высших бюрократических кругах. И уж как минимум нужно время! Шумский же только на основании его, Артура, сведений убрал четырех человек за какие-то три месяца! И не факт, что журналист не использовал для своих темных делишек информацию из другого источника, наверняка подключил еще Кого-то, кроме Артура. Да и сам Шумский кое-что знает – в «Криминальном вестнике» работает все-таки! То есть ликвидации на его счету наверняка больше, чем известно Артуру.

Хотя он и угрожал Шумскому, что досконально разберется в его комбинациях, но на деле это оказалось не так-то просто: заказчика ведь не расколешь. Теперь-то, задним числом, он понял, как следовало поступить: давая журналисту фамилию потенциального заказчика, надо было немедленно ставить того и другого на прослушку.

Но Артур подумал, что с Шумским особых хлопот не будет, его можно взять по-простому, примитивным наездом, вот и получил от журналюги то, что и заслужил, – то есть не получил ничего.