Но он не смог вычислить что-то другое. Снова и снова он просматривал числа, которые выдавал гравидар, и никак не мог найти ошибку.

— На таком расстоянии гравидар просто не может видеть это сферическое звездное скопление. И все же…

Винтерс уменьшил резкость изображения на телескопе, так что можно было видеть только изображение гравидара. Там, где до того было звездное скопление, осталось большое, расплывчатое пятно.

— Ошибка гравидара? — недоверчиво спросил Зер Альман.

— Сейчас будет еще лучше, — пообещал Мартен Винтерс.

Показания гравидара исчезли, но появилось искаженное цветное изображение, поступившее с радиотелескопа. Весь космос, окружавший корабль, окрасился в темно-голубой цвет, и только в центре, переливаясь красным, желтым и белым, сверкал диск.

— С такого расстояния прибором, находящимся на борту корабля, нельзя измерить показатели. Это исключено!

Тебатиманскатт выступил перед проекцией, но тут же повернулся к ней спиной:

— Это цель мыслящих кораблей. Здесь Мы встретим Древний Народ и разгадаем тайну Святой Трехмерности!

Никто не возразил, а Мартен Винтерс восстановил изначальное изображение, полученное из напластования показателей оптики, радиотелескопа и гравидара. Спустя некоторое время Йошико взяла Зера Альмана под руку и они вместе покинули центральный пост.

Прошло несколько стазур, и тревога, сигнализирующая о приближении какого-то объекта, снова призвала всех четверых на центральный пост. На гравидаре появилось еще одно изображение предмета с четкими очертаниями и совсем близко. Если верить показаниям приборов, это был цилиндр примерно два километра длиной и около шестисот метров диаметром. Йошико побледнела, когда оптическим приборам удалось показать длинный, слабо светящийся объект, который летел рядом с кораблем с ЦП, сначала на расстоянии нескольких тысяч километров, затем все ближе и ближе.

— Зоны, — прошептала она.

Когда бледный цилиндр приблизился до расстояния тысяча метров, на корабле с ЦП погасло сначала поле приборной доски, затем освещение. Исчезла и сила тяжести, и только слабое свечение нескольких лампочек на консолях говорило о том, что корабль не парализован полностью.

— Что, ради Земли, происходит?

Услышала Йошико испуганный голос Зера Альмана, но ни она, ни Мартен Винтерс, ни даже Тебатиманскатт не могли ответить на его вопрос. Какой-то иррациональный внутренний голос настаивал на том, что зоны пришли, чтобы предъявить ей и параниду счет за их непослушание много язур назад. Трезвая часть рассудка исступленно отбивалась от этой абсурдной мысли.

Потом раздался металлический скрежет, приближавшийся со стороны прохода, и Йошико вдруг поняла, что она уже ни в чем не уверена. Затаив дыхание, как в трансе, она забралась в кресло, откуда в нормальной обстановке ее тут же согнали бы, и уставилась на дверь. В темноте появилось странное фиолетовое свечение, на фоне которого возник хромированный металлический корпус, медленно вплывавший сквозь дверной проем. Это была машина, форму которой было сложно определить. У нее были подвижные щупальца и зажимы, в углублениях серебристого туловища находились непонятные приборы. Она располагала также глазами-камерами, зеркальными поверхностями, колесиками на телескопических опорах и многими другими столь же непонятными атрибутами.

— Не бойтесь, — прожужжал голос в голове Йошико, — с вами ничего не случится. Вы просто должны следовать завету Древнего Народа.

— Какому завету? — вихрем пронеслось в голове Йошико. — Что им от нас нужно?

Машина, которая была такого же роста, как Тебатиманскатт, приблизилась к главной консоли центрального поста, шевеля своими щупальцами, и остановилась прямо перед ней. Если бы Йошико не вцепилась в сиденье обеими руками, она могла бы дотронуться до странной машины.

— Эта зона космоса под запретом как для людей, так и для паранидов. Только мыслящие машины, которые вы называете терраформерами, ксенонцами или кораблями с ЦП, получили приглашение Древнего Народа и могут ему следовать.

— Но космос принадлежит всем! — услышала Йошико негромкое ворчание Мартена Винтерса. В темно-фиолетовом свечении глаз-камер она видела, что землянин парит в воздухе в нескольких сантиметрах над своим креслом. — Я не знаю, кто вы, но мы имеем такое же право находиться здесь, как и все остальные!

Жужжание в мозгу Йошико усилилось, когда машина снова заговорила:

— Нас называют зонами. Эта часть космоса для вас закрыта, потому что вы не сможете в ней выжить.

— Тогда отошли нас назад! — воскликнула Йошико. — Просто отошли нас назад, мы и сами вовсе не хотим тут оставаться!

— Так и произойдет, хотя путь ведет не назад, а вперед. Но все равно вы вернетесь в свою эпоху, в ваше исконное пространство.

От консоли корабля #deff раздался странный электронный треск, появился робкий свет, и Йошико будто почувствовала струю ужасающей силы тяжести. Еще раз раздался беззвучный голос:

— Не бойтесь, когда окунетесь в облако присутствия и пересечете его.

Совершенно сбитые с толку, ошеломленные четыре члена странного экипажа следили за тем, как зон постепенно бледнел и через несколько сезур полностью исчез, будто его никогда и не было. Когда снова включилась приборная доска, корабль зонов был расплывчатым изображением на большом расстоянии, которое вскоре растворилось в глубинах космоса.