Люди и техника наступали на табор с трех сторон, выдавливая цыган с территории, облюбованной ими для подпольной торговли.

Двумя бульдозерами управляли Глеб и Леонид — владельцы строительной компании, рабочие которой с готовностью откликнулись на призыв своих работодателей очистить город от наркоторговцев.

Рядом с Леонидом, наполовину высунувшись из окна кабины и размахивая российским государственным флагом, что-то громко кричала Ирина. В грохоте моторов и музыки слов ее слышно не было, но по глазам и жестикуляции можно было понять, что разгневанная невеста бульдозериста кричит слово, давно уже накипевшее в душах множества людей: "Убирайтесь!".

На крыше одного из домов появились двое цыган и направили на рабочих автоматы. Выстрелить они не успели: откуда-то из темноты ударили снайперы, и наркоторговцы покатились с крыши с пробитыми головами.

Это ускорило развязку: поняв, что шутить с ними никто не собирается, а взятками уже не откупиться, цыгане обратились в бегство.

Средоточие героинового зла было обречено!

В двадцать три часа сорок минут состоялся второй экстренный выпуск новостей.

Татьяна Васильева сообщила, что раненые ученые находятся сейчас в военном госпитале, в реанимации. Их состояние крайне тяжелое, готовятся операции. Жены Андрея Азарова и Сергея Бокалова находятся рядом со своими мужьями.

На экранах появились Светлана и Лидия, скорбно застывшие у реанимационной палаты госпиталя.

Камера вновь вернулась в студию.

Телеведущая поведала зрителям о продолжающемся сносе «табора» в Южном районе города и о бесславной гибели наркоторговцев, пытавшихся оказать вооруженное сопротивление "близким друзьям Мастера".

После этого Татьяна Васильева передала слово "специальному корреспонденту" Олегу Азарову.

— Илья, тебе известно, что происходит сейчас в Южном районе? — задал вопрос Олег и протянул зятю микрофон.

Мастер и его жена стояли посреди гостиной.

— В принципе, известно.

— Что значит, в принципе?

— Цыплят по осени считают, — философски пожал плечами неандерталец, — а покойников — по утрам!

— Лена, что скажешь? — Олег протянул ей микрофон.

— Мне непонятно, милый, почему кто-то атакует только Южный район, — возмущенно обратилась сестра "специального корреспондента" к своему недобросовестному мужу. — Разве в других районах всю нечисть уже повывели?

Криминальные элементы, не дожидаясь, когда Мастер прислушается к совету жены и примется за нечистую силу в районах, до сих пор остававшихся вне зоны его внимания, различными путями спешно покидали город.

На широкой трассе, ведущей в аэропорт, возникла пробка. Гостей города и возвращающихся домой горожан, едущих из аэропорта по встречной полосе, этот факт повергал в недоумение.

— У вас там что, землетрясение? — приказав таксисту приостановиться и высунувшись в окно, крикнул один из гостей.

— Бесов изгоняем, — громко отозвался встречный таксист, застрявший в пробке, и покосился в зеркало заднего вида на своего мелкого и темного пассажира, — клопов выводим!..

В здании аэропорта внимательные оперативники встречали своих «клиентов» с распростертыми объятьями, радушно бросались к ним на шею, нежно заламывали за спину руки, надевали стальные браслеты и провожали в автобусы с зашторенными окнами.

Меченый, приехав в аэропорт на своей машине, оценил ситуацию и забеспокоился. Однако совершенно напрасно. Оставив автомобиль на платной стоянке, он беспрепятственно сел в самолет и вылетел в Баку. При нем находился диск, на котором были записи с двух видеокамер: Шалуна и с той, что была встроена в мобильный телефон Гвоздя. Неопровержимые доказательства точного выполнения заказа!

Оперативники Уголовного розыска и ФСБ активно работали и на железнодорожном вокзале.

Беглецы, из тех, что находились в розыске, не рискнули приобретать билеты по фальшивым документам и решили договориться с проводниками проходящего поезда, стоящего сейчас на перроне. Им было не важно, куда направляется этот поезд: в Сочи или на Колыму. Им было важно доехать лишь до ближайшей станции, чтобы покинуть город, который опера и проклятый неандерталец дружно взяли в клещи!

Каждый проводник спасительного поезда, к которому обращались криминальные нелегалы, воровато оглянувшись по сторонам, произносил одну и ту же фразу: "Вагон-ресторан, к Петровичу!".

Такса у Петровича была божеской: тысяча иностранных денег любого цвета аж за сорок минут приятной поездки! Легко расставаясь с евро и долларами, жулики рассаживались за столами и, не дожидаясь отправления, заказывали поздний ужин. Через десять минут, когда поезд тронулся, свободных мест уже не было. Довольно улыбаясь, с толстой пачкой валюты в руках, Петрович прошел по вагону-ресторану и открыл дверь кухни. Оттуда немедленно выскочили услужливые «официанты» с автоматами и занялись своими клиентами!