— Инночка, нам кофе, пожалуйста, — ласково произнес он вслух и, сместив взгляд на откровенное декольте майора, деловито продолжил: — Есть «горящая» путевка в наш ведомственный санаторий…

— Семейная? — заинтересовался Бокалов.

— Увы, нет! — не сдержавшись, злорадно выкрикнул полковник.

Сергей Николаевич удивленно поднял голову. Лидия, лукаво посматривая в его сторону, теребила на коленях подол легкого летнего платья. Полковник не отрывал завороженных глаз от ее пальцев.

— Хороша, — подумал Бокалов, по достоинству оценив впечатление, производимое его женой на посторонних мужчин, — чудо, как хороша! К черту неандерталок!..

Усадив жену на переднее сиденье и сев за руль, декан набрал по мобильному телефону номер ректора Технической Академии. Быстро договорившись с ним о недельном отпуске "по семейным обстоятельствам", Сергей Николаевич позвонил своему секретарю.

Измученная женщина пожаловалась на столпотворение в приемной и на то, что она не в силах растолковать осатаневшим красоткам простое и ясное объявление, вывешенное на дверях снаружи: "Партия неандертальцев распущена в связи со смертью Чарльза Дарвина!".

— А что им непонятно?

— Они не знают, кто такой Чарльз Дарвин!

— Откройте мой кабинет, — посоветовал декан, — покажите им портрет Менделеева и гоните их в шею!

Бокалов убрал телефон в карман, значительно посмотрел на жену и завел двигатель.

— Папа, чему ты улыбаешься? — глядя в зеркало заднего вида, в котором отражались глаза ее отца, спросила Ирина.

— Он только что завел себе новую подружку, — повернувшись к дочери, довольно сообщила Лидия, — писаную красавицу!

— Знаешь, для чего привлекательной студентке нужен папа-декан? — спросил Ирину Сергей Николаевич, тронувшись с места и сразу развернувшись в сторону, противоположную Академии.

— Для чего?

— Чтобы безнаказанно прогуливать лекции! Мы едем в Университет.

Олег остановил отцовский джип у нарядного крыльца модельного агентства «Анастасия», выскочил из машины и распахнул переднюю пассажирскую дверь. Торжественно подав руку Синтии, он помог ей сойти на площадку перед крыльцом, вымощенную фиолетовой брусчаткой.

Оглядев роскошные витрины и стеклянные двери агентства, Синтия повернулась к Олегу.

— Европа! — разведя руками, воскликнула журналистка. — Теперь я понимаю, почему сибиряки считают, что у нас в Торонто по улицам медведи бродят!

— А Торонто, это где? — комично наморщив лоб, поинтересовался Олег.

— Есть такой заштатный городишко в одной забытой Богами стране.

Стеклянная дверь на фотоэлементах отъехала в сторону, и на крыльце агентства возникла его радушно улыбающаяся хозяйка — Анастасия Свиридова.

— Замри, Настя! — воскликнула Синтия, сняла с плеча фотоаппарат «Никон» на длинном ремешке и сделала снимок.

Женщины подошли навстречу друг другу и обнялись.

— Как тебе? — спросила Анастасия, гордо кивнув на витрины с элегантно одетыми манекенами.

— Роскошно! — искренне ответила журналистка. — Завтра же отправлю в "Геральд Трибьюн" фотографии и статью о лучшем в Сибири Доме моделей!

— Надеюсь, в Канаде уже не считают, что мы здесь лаптем щи хлебаем? — улыбнулась владелица агентства.

— Ох, Настя, — вздохнула Синтия, — сдается мне, очень скоро и воображаемые лапти, и пресловутые щи перекочуют из Сибири на Запад!

— Лапти забирайте, а щи не отдадим! — воскликнул Олег. — Я — в Университет. До вечера, красавицы!

Проводив взглядом машину, женщины посмотрели друг на друга и улыбнулись. Вчера вечером в телестудии после окончания программы «Прорыв» их представил друг другу Илья. Они успели поговорить не больше трех минут, но так прониклись друг к другу симпатией, что сразу обменялись номерами телефонов.

Поздно вечером, когда Синтия вернулась в «Оазис» после встречи с академиком Добродеевым, а Анастасия, закончив "гонку с преследованием", привезла Бориса к себе домой, женщины созвонились.

После рекордно короткой по женским меркам беседы журналистка и модельер уже не чаяли друг в друге души! За каких-то жалких два часа телефонного разговора они стали близкими подругами и договорились, что утром встретятся в модельном агентстве и тогда уже поговорят "как следует"!

— Кстати, а где твой жених? — спохватилась Синтия после двадцатиминутного обсуждения прямо у крыльца новомодных расцветок индийских сари.