Вошедший в кабинет молодой человек был ярким представителем своей национальности, на древнем иврите именуемой как ха-иври - человек из-за речки. Невысокий, худощавый, с черными, слегка завивающимися волосами; нос с небольшой горбинкой и черные же, с легкой поволокой глаза.

– Проходи Исайя, - с дружелюбием пригласил его Денис.
– Будем знакомиться...

Процедуру знакомства прервала Мария, неожиданно вызвавшаяся подежурить в приемной на время совещания. Поцелуй шефа не прошел для девушки бесследно: щеки у нее раскраснелись, а в глазах появился вызывающий блеск...

– Денис Иванович, - томным голосом протянула она.
– Эммануил Людвигович к аппарату просят...

Просить перезвонить было нельзя - Эммануил Нобель, глава "Механического завода "Людвиг Нобель" и "Товарищества нефтяного производства "Братья Нобель", был слишком значимой фигурой в дальнейших раскладах. Пришлось прервать совещание...

– День добрый, господин Черников, - голос, звучавший в трубке, был мягким, с едва заметным прибалтийским акцентом.
– Сердечно рад вас поприветствовать.

– Здравствуйте, Эммануил Людвигович, - с некоторой настороженностью ответил Денис.
– Чем обязан столь неожиданному разговору?

Голос зарокотал добродушным, рассыпчатым смехом.

– Правду про вас говорят, Денис Иванович - не любите вы долгие сантименты разводить.

В телефонной трубке на секунду установилась тишина, нарушаемая только легким потрескиванием эфира, после чего последовало продолжение.

– Хотел пригласить вас для небольшой, но важной беседы...

– Важной для кого?
– уточнил Денис.

– Для нас обоих, - рассмеялся невидимый собеседник.
– Если вас не сильно это затруднит, вы не могли бы подъехать ко мне прямо сейчас?

Молодой человек задумался: приглашение было не случайным. Нобель наверняка знал о его отсутствии и то, что звонок раздался буквально через двадцать минут после приезда в контору, говорило и о важности, и о срочности дела...

– Выезжаю, - коротко ответил он.
– Скоро буду.

– Жду, - так же лаконично ответил собеседник и повесил трубку...

Дирекция механического завода находилась на Выборгской стороне, и немного времени для размышления у Дениса было. Вот только толку от этого никакого не было: то, что речь пойдет о нефти, можно было понять и без излишнего напряжения извилин. Больше - ничего. Минимум информации - нулевой анализ. Поэтому, когда коляска подкатила к подъезду дома номер 19 по набережной, было принято единственно верное в сложившейся ситуации решение: действовать по ситуации...

Эммануэль Нобель встретил гостя в роскошной приемной собственной персоной. Персона племянника Короля Динамита выглядела очень импозантно: высокий, сорокалетний мужчина, с аккуратной бородкой и небольшими залысинами на лбу. Прекрасно пошитый костюм сидел на слегка полноватой фигуре как влитой, а умные, живые глаза светловолосого потомка викингов вызывали расположение к их обладателю. После взаимных, но не долгих приветствий, разговор продолжился в кабинете...

– У меня в гостях находится доверенный агент Джона Рокфеллера, - без предисловий начал он.
– Главы американской нефтепромышленной компании.

– "Стандард Ойл", - утвердительно кивнул Денис.
– Старый знакомый.

– Вы встречались с ним ранее?
– удивленно взметнулись брови собеседника.

– Нет, не встречались, - чертыхнулся он про себя на свой несдержанный язык.
– Но премного наслышан.

– Это хорошо, что наслышаны, - удовлетворенно произнес Нобель.
– У нас есть к вам деловое предложение...

– Я весь во внимании, - коротко ответил молодой человек.

– После того, как ваш торговый дом захватил "Каспийскую нефтяную", - начал хозяин кабинета, - положение банкирского дома Ротшильдов серьезно пошатнулось. Джон хочет провести еще одну, на этот раз - совместную, атаку на них.

– А мне какая от этого выгода?
– спросил Денис.

Он лукавил - выгода была прямая. Подрыв танкера в Суэцком канале лишил его короткого выхода на индийский и дальневосточный рынки, а часть европейских контрактов бывшие собственники "Каспийской" перевели на другие компании. Хотя канал был бы перекрыт в любом случае: на английское правительство, в отличии от банкирского дома, торговый дом влияния не имел. Единственное, что осталось без изменения - это внутренние поставки. Но этого было мало.

Собеседник иронично улыбнулся - все это он прекрасно понимал. Но продолжал, все тем же спокойным, доброжелательным тоном.

– Мы предлагаем вам раздел рынка: Индия и Ближний Восток останутся за вами. "Стандард ойл" хочет забрать активы банкирского дома на Адриатике.

Ему предлагался спорный актив: закрытый канал предполагал новую войну за эти рынки со своим соотечественником Николаем Манташевым - армянским предпринимателем, имеющим солидную долю в нефтедобыче Апшеронского полуострова. Словно прочитав его мысли, Нобель добавил: