– Кэп, у нас серьезные проблемы, - взволнованным голосом сообщил подбежавший старпом.

– Говори, - скорее прорычал, чем сказал, и без того разъяренный Олаффсон.

– Только что из русской полиции сообщили - Михаэль арестован за драку с поножовщиной.

Без опытного штурмана в плавание выходить нельзя - это знал даже последний бродяга в порту. Для его сменщика это был первый, дальний переход, да и морской устав запрещал выходить в море с одним штурманом. Поэтому в следующие несколько минут даже ветер, казалось, стих: из известных каждому члену команды слов складывались новые, досель неслыханные, конструкции.

– И что ...теперь ...делать?
– выдохнул капитан.

– Я уже связался с местным пароходством, - расплылся в довольной улыбке старпом.
– У них есть, как раз, один - с хорошим опытом.

– С лицензией?
– уточнил немного успокоившийся Олаффсон.

– А как же, конечно с ней. Только просили пассажира попутно прихватить до (...). Вопрос был немаловажный - случаи, когда из желания сэкономить владельцы судна нанимали кого-либо без лицензии, встречались, но если происходили аварийные ситуации, то сразу же возникали проблемы со страховыми компаниями. Владельцем "Мюрекса" была "Транспортно-торговая компания Шелл" и капитан экономить на лицензии не собирался.

Практика попутных пассажиров не особо приветствовалась компаниями, но в данном случае отказать было нельзя. Уже через три часа на борт поднялся новый штурман в сопровождении попутчика - солидного вида господина, с коротким ежиком волос и слегка заикающегося при разговоре...

Плавание, несмотря на непреходящее гнетущее чувство морского бродяги, проходило спокойно и без пришествий. Маршрут был проложен еще с 1880 года, когда в Баку появился нынешний хозяин "Транспортной компании " Маркус Самуэель.

Речь шла о захвате дальневосточного и индийского рынков, где безраздельно господствовал рокфеллеровский "Стандард ойл". Для этого требовалась дешевая российская нефть и короткий проход через Суэцкий канал, куда американцам проникнуть не удавалось - акционеры канала опасались пожара на борту нефтеналивных судов. У ротшильдовской "Каспийской нефтяной" имелась нефть и серьезное влияние на английское правительство.

В итоге высокие договаривающиеся стороны ударили по рукам: англичане выкупили контрольный пакет акций канала, Ротшильды предоставили нефть, а Маркус Самуэль - нефтеналивные танкеры, приспособленные для Суэцкого канала.

Позициям американцев на мировом рынке был нанесен серьезный удар. Но все это не тревожило старого Эрика Олаффсона. Он об всем этом ничего не знал и знать не хотел. У него снова возникла проблема - сошедший на берег вместе с пассажиром шкипер на борт судна так и не явился. Гнетущее чувство, успокоившееся было во время плавания, возобновилось с новой силой...

– Где....носит этого ....чертового русского?
– бушевал старый капитан, нарезая бесконечные круги по палубе. Экипаж испуганно шарахался в разные стороны, не желая попадать под тяжелую руку своего босса.

– Чтоб его дьявол морской к себе прибрал!!!..

Вспоминать про морского дьявола во время плавания у всех моряков считалось дурным знаком. Старый кэп в приметы не верил...

– Где хочешь....найди мне нового....штурмана!!!

Бледный старпом испуганно кивнул и бросился прочь - на поиски...

Через два дня, 15 сентября 1897 года, при проходе через Суэцкий канал, в результате непроизвольного взрыва паровых машин, танкер затонул в самом неудобном для судоходства месте. Транзит нефтетанкеров, добытый с огромными усилиями, был приостановлен.

Активы банкирского дома Ротшильдов, в одночасье лишившегося индийского и дальневосточного рынков, стремительно дешевели на всех мировых биржевых площадках. Практика нигерийских повстанцев двадцать первого столетия, взрывающих нефтепроводы всякий раз, когда падала цена на нефть, отлично сработала и в этой эпохе - в другую сторону...

При кораблекрушении "Мюрекса" погибло восемнадцать членов экипажа. Среди них был и старый морской волк Олаффсон. Отправляя Платова на операцию, Денис забыл старую, непреложную истину: победителя на войне может и не быть, но трупы -

будут обязательно...

  ***

Штаб-квартира "Каспийского нефтяного товарищества".

Петербург. 16 сентября. 1897 год. 10-45 мск.

Настроение двух мужчин, беседующих в кабинете центральной резиденции, мрачным назвать было бы неправильно. Скорее оно было убийственным. Срочная депеша, полученная сегодня утром, сухими телеграфными строчками извещала о потере самого короткого экспортного маршрута.