Этого Денис не знал - в охранное отделение он отправился прямо с вокзала, где его встречал Михаил Павлович...

– С какого номера был сделан звонок, установили?
– спросил Денис.

Подполковник взглянул с некоторым интересом - молодой человек задавал правильные вопросы.

– Номер 11-67. Телефонный аппарат доходного дома на Чистых прудах. Более ста жильцов - в нумерах телефонов нет, все разговаривают с вестибюля. Да и просто с улицы могли зайти.

– А если установить тайное наблюдение?
– продолжал наседать Черников.

– Невозможно-с, никак, - вмешался в разговор Сидельников.
– Помещение маленькое, спрятаться негде.

– Может вахтера поменять? Или наказать ему, чтобы подслушивал?

– Поменять вахтера на филера можно, но преступник сразу же насторожится новому лицу - разъяснил сыскарь.
– И глуховатый он, толку не будет никакого.

– А если...
– начал Денис и оборвал себя на полуслове. Технология следующего столетия, пришедшая на ум, разглашению была нежелательна...

***

Кучер, пятидесятилетний мужик, с перебинтованной головой и багрово-фиолетовыми отеками вокруг узких щелочек глаз, рассказал кое-что интересное...

– Уголовники это были, ваше превосходительство. Никакие не анархисты.

Любой чиновник высокого ранга ассоциировался у него с генеральским чином.

– Почему ты решил, что это были уголовники, - продолжал допрос Мартынов.

– Да я их, ваше высокоблагородие, насмотрелся у себя в Сибири. У нас там ссыльных полно было - и уголовных, и политических. Различить смогу, не сумлевайтесь.

Шеф охранки задумался. Дело нравилось ему все меньше и меньше. В-первых, сам факт того, что похитители передвинули переговоры на целых пять дней, уже настораживал сам по себе. Киднепинг, пришедший из-за Атлантического океана, еще не получил широкого распространения в отечественном уголовном мире , но некоторый опыт у охранного отделения уже был.

Время, в данном случае, играло против преступников - полицейский розыск в любой момент мог потянуть за ниточку. Бесследных преступлений не бывает - эту азбучную истину знала каждая из противоборствующих сторон.

Во-вторых, попытка замаскировать уголовное преступление политической окраской, также отсутствовало в практике уголовной среды. И, в-третьих, многолетний опыт сыскаря и, обычно, безошибочная интуиция, подсказывали начальнику московской жандармской охранки, что дело не так просто, как выглядит на первый взгляд. Была в нем какая-то каверза.

Появились, правда, и некоторые положительные моменты. Осведомительная сеть отделения среди уголовной среды была намного обширней, чем в политической...

– Ну, а описать ты их сможешь?
– вмешался в допрос Денис.

– Ну а что их описывать, ваше высокородие?
– пожал плечами кучер. Тут же поморщившись от боли.
– Люди как люди. Голова, две руки, две ноги.

– Одеты были во что? Может шрамы какие были. Родинки приметные, татуировки, - подключился к процессу и Сидельников.

– Да не упомню я ничего, господин хороший, - смущенно ответил допрашиваемый.
– Как по голове шандарахнули, всю памятку и отшибло...

Не добившись более ничего внятного от кучера, все трое покинули госпиталь. Разговор продолжили на улице - в тенистой аллее прилегающей улицы...

– Какие следующие действия планируете, Константин Петрович, - спросил Денис у Мартынова.

Раздражение, копившееся весь день на молодого выскочку, наконец-то вырвалось наружу.

– Позвольте мне, господин Черников, самому отвечать за свои дальнейшие шаги. Перед вами я больше отчитываться не намерен-с.

Ярко-зеленые глаза внезапно потемнели карим оттенком, и от этого, сразу похолодевшего взгляда, подполковнику вновь сделалось неуютно.

– А теперь послушайте меня, господин начальник охранного отделения, - негромко сказал молодой человек, с непонятным сарказмом выделив последние слова.
– Если вы выйдете нас след преступников раньше меня, и решите произвести захват, не поставив меня в известность, то я вам настоятельно советую этого не делать. И если при этом с головы Юлии упадет хоть малейший волосок, то у вас, господин подполковник, появится личный враг.

Битому полицейскому волкодаву, в молодости не раз бравшему в одиночку вооруженных налетчиков, почему-то вдруг не захотелось иметь среди личных врагов этого странного молодого человека. Наплевательски относившийся к угрозам в свой адрес со стороны уголовных и политических элементов, подполковник почувствовал, что это - не угроза. Это - обещание, которое господин Черников непременно исполнит.