Подвал, прямо под конторой торгового дома, переделали практически сразу же после переезда в столицу. Немного пришлось повозиться с чертежами спортивных снарядов, но сложностей особых в изготовлении не было. У Дениса даже возникло желание организовать сеть фитнесс-клубов, что при должной рекламе могло принести неплохие дивиденды. Потом, правда, желание куда-то пропало.

В занятиях обычно, помимо самого Дениса, участвовала пятерка бойцов-диверсантов и их командир - Платов. Иногда присоединялись Федька и Ерофеев с тройкой своих подчиненных. Остальной персонал торгового дома в непонятных забавах своего руководства участия не принимал. Сегодняшняя тренировка проходила в узком кругу: непосредственный шеф и его диверсионный отдел...

– Андрей, задняя нога отстает! Подтягивай...

Задняя нога, впрочем, как и передняя, у сорокалетнего ученика отсутствовала полностью. Матушка природа, к сожалению, не предусмотрела такую коллизию и ограничилась одной единственной парой. Но молодой тренер на эти мелочи внимания не обращал - методика занятий включала в себя и стандартные фразы, которые въелись в подкорку намертво.

– Фарит, подборок ниже опусти... и переднюю руку выше держи...

То, что у десятилетних пацанов усваивалось инстинктивно, взрослым мужикам приходилось объяснять пошагово. Недаром тринадцатилетний возраст считается уже потерянным для большого спорта

– Стоп, бойцы, - хлопнул в ладоши Денис, привлекая внимание.
– Сейчас попробуем новое упражнение. Сняли "тренчики" и надели перчатки.

Дождавшись, когда ученики выполнят команду, он продолжил.

– Слушаем вводную. Нужно проникнуть на охраняемый объект. Оружие, по условиям задачи, исключено. Вы - нападающая сторона. Я - охранник. Вот это - коридор помещения.

Денис указал на две боксерские груши и встал между ними. Расстояние в два с половиной метра позволяло подойти только двум атакующим одновременно.

– Начали...

Бойцы смущенно потоптались, потом вперед выдвинулся Платов и самый молодой член команды - тридцатилетний Фарит. Сдвоенная атака захлебнулась через несколько секунд, и нападающие бестолково отступили назад, перекрывая пространство оставшейся четверке.

– Теперь слушайте, как нужно делать по правилам.

Бывший начальник службы безопасности московского банка старался передать своим бойцам небольшую толику знаний, полученную от своих еще не родившихся подчиненных.

– Нападение производится гуськом, но не в затылок друг другу, а в шахматном порядке - полшага в сторону от впереди идущего. Понятно?

Дождавшись не очень уверенных кивков - шахматный порядок для инструктируемых представлялся явно чем-то эфемерным - Денис объяснял дальше.

– Каждому на атаку дается три-четыре секунды. Не больше. Если не успел свалить противника, проходишь дальше - каждый со своей стороны. Внимание защищающегося при этом рассеивается... Добивает следом идущий. Если и он не сумел - передает дальше по цепочке. И так - до последнего бойца.

– Денис Иванович, - обратился с вопросом Платов.
– А если и п-последний не справится?

– Тогда мне придется набирать новую группу диверсов, - жестко, без малейшего намека на шутку ответил Денис...

– Поехали!..

Выдержать двадцатисекундный шквал непрекращающихся ударов, да еще и на ограниченном пространстве, тяжело даже мастерам очень высокого уровня. Практически - невозможно. На этом, собственно, и строилась нехитрая методика спецподразделений. Денис сломался на четвертом.

– Стоп, бойцы! Следующим встает Платов. Остальные - нападают.

– С-слушаюсь, шеф...

Вытерев кровь с брови - кожа на перчатках была все-таки грубоватой - направился, было в душевую, но остановился, увидев в двери взволнованного чем-то Федьку.

– Денис Иванович!..

В голосе верного помощника проскальзывали истеричные нотки, а взгляд был обреченно-отчаянным.

– Денис Иванович, - понизив голос до шепота, повторил он.
– Юлия Васильевна пропала...

***

Москва. Большой Гнездиковский переулок.

Охранное отделение Департамента полиции.

17 июля 1897 год.

Начальник Московского Охранного отделения подполковник Мартынов хмуро рассматривал сидящих перед ним посетителей. Одного из них, известного предпринимателя Рябушинского, он знал не понаслышке: дважды на его предприятиях арестовывали профессиональных агитаторов.