– Конечно, свозим, - бодро проговорил он, обнимая мать.
– Мама, ей обязательно помогут, если этого хочешь ты.
– Он улыбнулся и поцеловал ее в щеку: - Засветишь им пару раз в глаз, как миленькие забегают. Не только Аглае, всем зрение вернут.

– Да ну тебя, - засмеялась она и беззлобно добавила: - Иди уже, собирайся в свой притон. Я тут приберу.

Осенев вошел в кабинет и бодрой походкой прошествовал к столу.

– Привет, Серега!
– бросил, усмехаясь, Корнееву.

– Совсем спятил?
– тот изумленно рассматривал Дмитрия.
– Ты бы еще дворники на них нацепил.

Осенев неторопливо снял темные очки, медленно вытер на них крупные капли дождя и аккуратно положил на стол. Только после этого с вызовом взглянул на коллегу.

– Та-ак, понятно, - прокомментировал Корнеев сочувственно.
– Царица Клава Грозная и сын ее Дмитрий.
– Он поднялся из-за стола, остановился напротив Димки и присвистнул: - Какого коня на скаку остановили... Димыч, все хочу спросить: она тебя, часом, в угол, на горох, не ставит?

Они дружно расхохотались. На столе у Осенева зазвонил телефон.

– Слушаю, Осенев.

– Здравствуйте, Дмитрий, - послышалось на другом конце провода.
– Мы не встречались, но, возможно, вам рассказывала обо мне Аглая Сергеевна. Меня зовут Виктор. Виктор Гладков.

– А-а, припоминаю. Вы иногда с Мавром гуляли.

Дмитрий услышал, как его абонент облегченно вздохнул, но продолжать разговор не торопился.

– Виктор, - решил подбодрить его Осенев, - Аглая рассказывала о вас много хорошего. Вы почему не заходите к нам?

– Она, правда, говорила обо мне хорошо?
– с опаской спросил Виктор. В его голосе слышалась напряженность.

Димка быстро взглянул на Сергея, в его глазах промелькнули недоумение и озадаченность.

– Конечно, - поспешил он заверить Гладкова.
– Заходите сегодня вечером, посидим, поговорим, - радушно пригласил его Дмитрий.

Заслышав его слова, Корнеев закатил глаза, плотоядно ухмыльнулся и красноречиво щелкнул пальцами под подбородком. Осенев невольно тронул фингал под глазом и погрозил Сереге кулаком.

– Дмитрий, - отозвался Гладков, - я не могу ждать до вечера. Мне надо срочно увидеться с вами. И с Аглаей Сергеевной. Понимаете, срочно!
– почти выкрикнул он в трубку.

– Да, конечно, - опешил Димка.
– Вы можете придти в редакцию. Знаете, где расположен "Голос Приморска"?

– А Аглая Сергеевна?

– Она в командировке.

– В какой командировке?!
– запаниковал Гладков.
– Она ведь нигде не работает.

– Виктор, - попытался успокоить его Дмитрий, - ее попросили помочь в одном деле.

– Она ищет убийцу, - упавшим голосом проговорил Гладков.
– Весь Приморск говорит...

Осенев почувствовал, как закололо в кончиках пальцев - верный признак, что появился "след". В трубке слышалось невнятное бормотание и кряхтение, на фоне пробивающейся песни в исполнении А. Б.: "А ты такой холодный, как айсберг в океане...". "Холоднее не придумаешь, - пронеслось в голове у Дмитрия.
– У нас уже трое холодных-холодных..."

– Алло?
– осторожно спросил Димыч.
– Виктор, вы меня слышите? Алло?

– Слышу, - откликнулся его собеседник, чей голос был, на удивление, спокойным и твердым.
– Я сейчас приеду и все объясню. Только, пожалуйста, сначала выслушайте меня, а потом вызывайте милицию.

Осенев не успел ответить, как зазвучали гудки отбоя. Он положил трубку и посмотрел на Корнеева. В глазах его постепенно пробуждался азарт.

– Судя по твоему виду, Лихтенштейн и Монако попросились в состав нашей Хохляндии. И это, как минимум, - иронично ухмыльнулся Сергей.

– Серега, - срывающимся голосом, судорожно сглотнув, произнес Осенев, - быстро подключай всех, кто свободен. Даю тебе час-полтора. Нужны все сведения на Виктора Гладкова, водилу автопарка, маршрут номер девятнадцать.

– Он собирается "Икарус" в Турцию угнать?

– Он - убийца, которого ищут "милиция и пожарные и не могут найти", и, насколько я понял, он собирается к нам на исповедь, - четко проговорил Дмитрий.

– Мама дорогая!
– воскликнул Сергей.
– Тогда, Димыч, извини, я сначала в травмпункт заскочу, пусть мне на шею гипс наложат, чтоб этот урод помучился, перед тем, как ее перепилить.

– Кончай придуриваться!
– взбеленился Осенев.

– Ты, что, совсем конченный?!
– в свою очередь, заорал на него Корнеев.
– А если он нас тут порешит всех? Вызывай "беркутят"!