И небрежно, почти лениво, указал на...

Пеллаэон не заметил движения ногри. А у бедняги Пиетерсона не было времени, чтобы вскрикнуть, так внезапно все произошло.

Повисла мертвая тишина. Потом послышался чей-то сдавленный вздох, сопровождаемый булькающими звуками – похоже кого-то тошнило. Траун вновь взглянул за плечо Пеллаоэна, поманив жестом руки стоящего рядом ногри.

С чего это ногри будет убирать трупы?

– Избавьтесь от этого, – показал он на измятое тело Пиетерсона и опять повернулся к Колклазуру. Тот пытался провалиться сквозь перекрытия «Химеры».

– Заблуждение, энсин, – произнес Траун мягко. – Исправлено. Вы можете подыскать замену и приступить к обучению.

Не обращая внимания на всеобщее оцепенение, он обратился к Пеллаэону.

– Предоставьте мне полные технические данные последних секунд данного происшествия, капитан, – голос его звучал как ни в чем не бывало. – Меня интересует направление вектора его маневра.

– Вот интересующие вас данные, сэр, – почти шепотом проговорил лейтенант, протягивая папку Трауну.

– Спасибо, – адмирал бегло посмотрел записи и передал их Пеллаэону. – Мы скоро получим его.

– Так точно, сэр, – осторожно произнес тот, пытаясь понять мысли адмирала. – Я уверен, это всего лишь вопрос времени.

Траун удивленно приподнял бровь:

– Вы недопоняли меня, капитан, – мягко произнес он. – Я не оговорился, он действительно очень скоро будет у нас. В данный момент он не далеко и ... совершенно беспомощен.

Пеллаэон нахмурился:

– Я не понимаю, сэр.

– Тот эффектный маневр, который совершил Скайуокер, имеет одно интересное последствие, о котором, скорее всего, наш джедай и не подозревал. Предельное ускорение, незибежное при подобных действиях, неминуемо причинит ущерб гипердрайву. Следовательно, дальше светового года он на поврежденном корабле улететь не сможет, поскольку весьма потрепанный гипердрайв его истребителя окончательно придет в негодность. Все что нам нужно сделать – это определиться в направлении наших поисков. Все понятно?

– Да, сэр, – сказал Пеллаэон. – Мне руководить поиском?

Траун покачал головой:

– Главная наша задача – это подготовка к атаке Слуис Вана. Я думаю, поисками займутся другие. Я хочу, чтоб вы связались с главарями контрабандистов, чьи группы работают в этом районе, – Брасском. Каррде, Пар'тахом и другими. Используйте их личные частоты и коды, напомните каждому персонально об их досье – и я уверен, они не откажут нам в помощи. Дайте им предположительное направление Скайуокера и пообещайте премию в тридцать тысяч за его поимку.

– Слушаюсь, сэр! – Пеллаоэн обвел взглядом рубку и добавил, понизив голос: – Но, сэр, если вы рассчитали, что Скайуокер всего лишь временно ускользнул от нас...

– Империя в состоянии войны, капитан, – холодно произнес Траун. – Мы не можем позволить себе роскошь держать на службе людей со столь ограниченными умственными способностями.

Он многозначительно посмотрел на Рукха, затем вновь взглянул на Пеллаэона.

– Выполняйте приказ, капитан. Мы получим Скайуокера живым или... мертвым.

17

Перемигивались лампочками приборы, мягко мерцали дисплеи и мониторы, по одному из них текла цепочка диагностики. В основном сообщения были в траурных красных рамках. Чтобы не предаваться унынию, Люк любовался на пустое пространство вокруг корабля.

Точнее, на нос того самого корабля, потому что больше смотреть было не на что. Ни звездных систем, ни планет, ни астероидов, ни комет на худой конец. Ни военных кораблей, ни транспортов, ни космических станций. Ничего ровным счетом. Без преувеличения, их с Р2Д2 выкинуло в никуда.

Диагностика подходила к логическому завершению. Люк по-прежнему не смотрел на экран, ему и так было плохо.

– Ну? – сумрачно спросил он. – Что у нас плохого?

Позади скорбно и уныло застонал астродроид.

– Так плохо?

Скачок напряжения вызвал перегрев реактора, генераторы сгорели. Мотиваторы гиперпривода скончались не сразу, а после мучительной десятиминутной агонии. Антенна подпространственного передатчика спеклась в уродливый и совершенно бесполезный комок.

– Иными словами, мы не можем сдвинуться с места, маловероятно, что нас найдут, и мы не можем послать сообщение. Я что-нибудь упустил?

Астродроид бибикнул.

– Правильно, – вздохнул Люк. – И мы не можем остаться здесь надолго.

Он потер подбородок, подавляя терзающий его страх. Если он поддастся, то только лишится способности думать, а это последнее, что можно позволить себе потерять в такой ситуации.

– Хорошо, – медленно сказал он. – Попробуем вот что. Снимем мотиваторы с обоих двигателей и посмотрим, сможем ли мы сделать из них один, но работающий. Если получится, то поместим его где-нибудь посередине, где он будет управлять обоими двигателями. Может быть, тогда и до дома доберемся. Как ты полагаешь, это реально?