– Я ничего не предлагаю, – не сразу сказала Софи, допивая воду. Теперь она не знала, что делать со своими руками. – Мне вообще ничего не следовало говорить. Извини.

– И я должен на этом остановиться?

– Верно.

По его тону было ясно, что останавливаться он не собирается, и Софи понимала почему. Это было, как будто ты сложил все детали какой-нибудь головоломки, все, за исключением самой главной, без которой все остальное не имело смысла.

– Почему ты выбрала меня? – спросил он с любопытством.

– Потому что ты привлекательный мужчина, – проговорила она откровенно. – И потому что, – это было труднее объяснить, -..я знаю, что с тобой мне не о чем беспокоиться. О том, что влюблюсь в тебя.

– Это мне льстит.

– Я не хотела тебя обидеть, – произнесла Софи, нахмурившись. – Я уверена, что тысячи женщин полюбят тебя с первого взгляда. Но не я, и в этом твоя привлекательность для меня, – призналась она. – Я чувствую себя в безопасности… – она не могла подобрать подходящих слов.

– Ты не можешь рисковать, боясь, что тебе опять причинят боль?

– Да, я думаю, в этом все дело. – Она нервно теребила пальцы. О чем она говорит? О том, что готова спать с мужчиной, потому что уверена: он не западет ей в душу? Ну и что? Тысячи женщин в мире спят с мужчинами только потому, что они привлекают их физически. А она честно признает, что Грегори ее привлекает. Ее тело так реагирует на него, что лишает ее самообладания, и у нее нет сил и желания притворяться. – Конечно, – сочла необходимым добавить Софи, – как человек ты мне прекрасно подходишь.

Его лицо просветлело на мгновение, и он громко рассмеялся.

– Как человек я прекрасно подхожу? А что, если сказать попроще? Софи покраснела.

– Я имею в виду, ты можешь быть хорошей компанией для меня. Распространяться дальше на эту тему было выше ее сил.

– Значит, я тебе нравлюсь. Я правильно понял?

– Я думаю, да. Кроме тех моментов, когда я не могу выносить тебя. Все это казалось Софи вполне логичным. Она не брала в расчет преувеличенно серьезного выражения его лица.

Может, он смеялся над ней? Она попыталась угадать, что у него на уме.

– Не чувствуешь ли ты легкую ностальгию по той романтичной девушке, которой была несколько лет назад? – Он взял свой стакан со стола, допил оставшееся и, налив себе еще, предложил и ей.

Софи согласилась в надежде, что он забудет свой вопрос, но, судя по его вопрошающему взгляду, это было не так – он ждал ответа. Софи неопределенно пожала плечами. Вопросы такого рода она ненавидела больше всего.

– Немного. – Софи посмотрела на свой стакан и вновь пожала плечами. Иногда. – Грегори не спешил с вопросами, и Софи продолжала с большим чувством, чем хотела бы:

– Иногда я мечтаю о том, чтобы вернуться в прошлое. Сделать многое по-другому, оценить все на расстоянии. Но тогда я понимаю, что если бы не было Алана, не было бы и Джейд, а она моя самая большая радость. Чаще всего я думаю, что надо отпустить прошлое, чтобы и оно отпустило меня. Это имеет смысл? – Она подняла глаза на Грегори и в полумраке комнаты почувствовала, как ее сердце застучало сильнее. – Итак, – Софи неуверенно засмеялась, чтобы нарушить слишком интимную атмосферу, – перед тобой женщина, равнодушная к романтическим отношениям. Отсюда мое абсолютно неромантическое предложение. Все, что я могу сделать, это извиниться, если я тебя обидела. Я была бы счастлива, если бы этот разговор не состоялся. На самом деле, – закончила она чересчур бодро. – Я должна позвонить Кэт и сказать, что мы едем.

Софи поставила стакан на стол и была готова встать, когда Грегори, не сделав ни одного движения, произнес низким, ровным голосом:

– Скажи ей, что приедешь утром.

– Что?

Он протянул ей свой мобильный второй раз за этот вечер, и она посмотрела на него долгим, изучающим взглядом, как будто ждала от него ответа на свои вопросы.

– Ты открыла дверь, Софи. Нет смысла закрывать ее вновь!

– Что ты говоришь? – Ее сердце застучало, рот пересох от волнения и, если быть честной с самой собой, возбуждения.

– Я и сам не романтичный дурак, – сообщил Грегори, пригвождая ее взглядом, не позволяя отвести глаза. – Может быть, я не прошел через неудачный брак, но повидал достаточно и знаю, что ты права. Романтика и любовь – для подростков, чьи головы забиты мечтами. В реальности для них нет места.

Софи кивнула, в то же время чувствуя глубокое разочарование.

– Ты интригуешь меня, Софи, – хрипло проговорил Грегори, – но мне кажется, что тебе пришла пора меняться, твой прежний образ утратил для тебя свою привлекательность.