На месте охотников за лягушками - прямо как в сказке - живописный дед пек кукурузу на душистом костре из вереска и сухих стеблей.

Услышав голоса, дед нагнулся и перевернул подрумянившийся кукурузный початок: на стогах сена и на поле, а может быть, и на небе появилась тень, которая свернула голову дракону с высунутыми наружу языками.

–  Дед, а дед!

–  ...

–  Слышишь, дед?

–  ...

Дэнуц властно стукнул дулом ружья о землю.

–  Эй! Дед! Я из Меделень!.. Слышишь?

Дед обернулся. Маленькими глазками с белыми, словно покрытыми снегом, бровями он глядел на Дэнуца, как смотрят на ласточку в небе или на букашку в траве.

–  А?

–  Может быть, он плохо слышит! - заметила Моника. - Говори громче, Дэнуц.

–  Тебя не спрашивают! Де-душ-ка, - рявкнул Дэнуц, покраснев как рак, ты слышишь или нет?

–  Слышу.

–  Не видал здесь барина и барышню? - крикнул Дэнуц так, словно беседовал с жителями луны.

Дед покосился на телегу с волами, стоящую на дороге, потом на лицо Дэнуца, мрачное, несмотря на веселый отблеск огня, и опять занялся своим делом. Второй кукурузный початок был перевернут на другой бок не боящейся огня рукой.

–  Чертова комедия! - тяжело вздохнул Дэнуц.

Если бы у улыбки была тень, то улыбки деда хватило бы на несколько человек, такой широкой и доброй была она.

–  Дед, а дед, слышишь?

–  Ничего я не видел!

–  Ты уверен?

–  ...

–  Ты подшутила надо мной! - обернулся Дэнуц к Монике.

–  Поверь, нет, Дэнуц! Они были здесь...

–  Но их нет! - топнул ногой Дэнуц.

–  Может быть, они там?

–  Ну так пойди и поищи.

–  Будто она тебе жена, барин!.. Вот славно!.. Ну-ка, садитесь к огню. Отведайте кукурузы.

–  Я пойду поищу их, - сказала со вздохом Моника. - А!..

Дэнуц повернулся к ней спиной.

В тот же миг из телеги, наполовину освещенной пламенем костра, высунулась Ольгуца и сделала Монике знак молчать и подойти к ней. С помощью Герр Директора Моника очутилась в телеге, утонув в мягком и душистом сене; сверху на нее глядели звезды, Ольгуца что-то шептала на ухо, ее одолевал беспричинный смех.

–  Ольгуца, я позову Дэнуца.

–  Пусть он тебя подождет!

–  Один?

–  Один. Он же этого хотел!

Ольгуца разломила печеную кукурузу, которую принесла Моника. Все трое впились в нее.

–  Герр Директор, ты заметил? Когда ешь печеную кукурузу, то как будто пасешься в поле.

–  Merci!

–  Хочешь еще?

–  Reste!* А то перебью себе аппетит.

______________

* Довольно! (фр.)

Лежа на спине, Герр Директор созерцал небо в монокль. Млечный Путь широким потоком струился до самого края неба, казалось, что ветер шевелит небесные заросли повилики.

"Вот бы сюда музыкантов... и все прочее", - подумал про себя Герр Директор и украдкой вздохнул.

–  Ольгуца, пора двигаться к дому.

–  Я готова.

–  Позови деда.

–  Будто я сама не умею править волами! Но, пошли! - прикрикнула она на волов.

–  Меня кличет внучок. Погоди, родимый! Не трогайся с места!

Дед отошел от огня, завернув печеную кукурузу в листья.

–  Ну, счастливо тебе оставаться, барин.

–  Дед, ты меня бросишь здесь одного?

–  А то как же?

–  Дед!

–  Дед, слышишь? Я пойду с тобой.

–  Подожди свою сестрицу, барин. Не бросай ее, а то, не ровен час, съедят ее волки! Но, пошли!

Скрип-скрип, скрип-скрип...

–  Волки? - прошептал Дэнуц, подвигаясь ближе к огню.

Скрип-скрип, скрип-скрип... Прямо как назло!

Царственной поступью, покачивая рогами среди звезд шествовали волы; поскрипывала телега. Дед шел рядом. И один только Дэнуц сидел у костра.

–  Моника! Ты где, Моника?

–  Я здесь, Дэнуц.

–  Ками-Мура!

–  Плюшка!

–  Уф!

...Уже сидя в телеге, Дэнуц решил дать наконец отдых доблестному императору.

–  Смотри, луна!

–  Луна?

–  Луна. Похожа на тебя, Плюшка, когда у тебя oreillons!*

______________

* Свинка (фр.).

Взошла похожая на переводную картинку, лишенная рта и бровей луна, какую маленькие дети видят во сне и которая строит им рожицы - серьезные, веселые и печальные.

Ольгуце она показалась смешной, ей захотелось высунуть язык.