– Фашизм, - негромко проговорил "тихий", поигрывая пальцами на рукоятке швабры.

– Что вы сказали?
– повернулся к нему Рудольф.

– Ничего. Вам послышалось, - возникла в ответ клоунская усмешка.

– И мне тоже?
– поглядела на "тихого" и Альбина и под ее взглядом он усмехнулся еще сильней.

– Я оговорился, - ответил он.
– Это не то слово. Просто случайная ассоциация. Уничтожение одних ради блага других... истинного или надуманного блага. Этого в истории было достаточно, вот я и вспомнил один из самых ярких аналогов.

– Так вы считаете, что Хорт не прав?
– Эльвира потушила недокуренную сигарету.
– Почему? Поверьте, мне интересно ваше мнение.

– Мне тоже, - поудобнее устроился в кресле Рудольф. Присутствие "тихого" в альбининой квартире все же несколько раздражало его, как и то, что этот человек... (Кем же он был? Химиком? Экологом? Так или иначе каким-то ученным...) - Хотя это - всего лишь ваше мнение.

– Ну, не скажите, - вставила вдруг Эльвира, прежде чем "тихий" успел открыть рот.
– Когда спрашиваешь пророка... можно ли считать его мнение его личным?

– Ого!
– приоткрыла рот Альбина.

– Она шутит, - неловко указал жестом на журналистку "тихий".

– Не скромничайте!
– Эльвира не собиралась отступать.
– Господа, знаете ли вы, что перед вами находиться человек, предсказавший появление констрикторизма еще около пяти лет назад?

– Что?
– Альбина вскочила с места. Мысли вихрем завертелись в ее голове: "Он - пророк? Настоящий, а не человек, возомнивший себя пророком? Уж не за это ли его заперли в сумасшедший дом - до тех пор пока его предсказания начали сбываться? Психи ведь верят в свои сверхъестественные предсказательские и прочие способности... конечно на их фоне настоящего пророка тоже примут за психа. Но почему тогда он сейчас не признается боится, что его вернут обратно туда? И какое отношение ко всему этому имеют похороны... или...
– от этой мысли брови девушки поползли вверх, он и в самом деле умер и теперь воскрес? Если он действительно..."

Она была готова поверить во все, что угодно.

– Это серьезно?
– усомнился Рудольф. Вот у него ни Эльвира, ни "этот тип", как он называл про себя "тихого" особого доверия не вызывали.

– Ладно, - нехотя согласился тот.
– Объясняю: я говорил о том, что мы в любой момент можем столкнуться с новой страшной болезнью. Про констрикторизм я не упоминал, поскольку действительно не являюсь пророком, - последняя его усмешка явно была адресована журналистке.
– А ход моих рассуждений был таков: после того, как наша республика в свое время пыталась преодолеть экономический кризис, за большие деньги позволяя зарывать на своей территории радиоактивные отходы - надеюсь, вы слышали про такой факт? Нет? Ну ладно, это было - вот и все, что я могу сказать по этому поводу... Так вот, после этого естественно стало ожидать, что пойдет волна мутаций. Но так как мутации крупных живых организмов или летальны, или, даже в самом худшем случае, могут создать разве что монстра-одиночку, хорошего только для фильмов ужасов, но вовсе не такого уж страшного в реальности, так как его довольно быстро удалось бы уничтожить, на самом деле спасаться стоило мутантов совсем иного рода, мутантов-невидимок. Вирусов, бактерий, грибков - короче, тех товарищей, что видны нам только под микроскопом, но вред причинять умеют. Вторым шагом моих размышлений по этому поводу было то, что у болезнетворных микроорганизмов отметили одну любопытную особенность: при искусственном облучении они крайне редко создают принципиально новые виды, зато склонны порой превращаться в других возбудителей болезней уже известных.
– Вначале "тихий" говорил нехотя, но вскоре распалился и преобразился прямо на глазах: исчезли смешные ужимки, глаза заблестели и от азарта и от уверенности в своей возникшей вдруг правоте.
– Например: вирус гриппа может превратиться в вирус вирусного гепатита с вероятностью в сто раз большей, чем в вирус СПИДа и в миллионной - в какой-то вирус, еще неизвестный. То же самое и с бактериями - холерный вибрион может при достаточно долгом воздействии ионизирующего излучения мутировать в бледную спирохету, может даже однажды стать кокком или палочкой другой систематической группы, но почти всегда вызываемая им болезнь будет уже зафиксирована во врачебных справочниках. Почти... Это не чудо - наоборот, все объясняется довольно просто. Размеры бактерий и тем более - вирусов ничтожно малы, воздействию мутагенов они подвергались сравнительно чаще, чем все остальные живые организмы, хотя бы из-за тех же размеров и отсутствия таких механизмов защиты, как дублирование генного материала и так далее... Плюс к этому, их жизнь коротка и если исчислять возраст видов количеством смен поколений - они старше нас в триллионы раз. С другой стороны, отличия одной бактерии от другой обычно не так заметны, как отличия многоклеточных, хотя - это уж как посмотреть. Ладно, последний фактор отбросим, как спорный, но и первых уже достаточно, чтобы прийти к определенному выводу: в мире микроорганизмов набор вариантов практически исчерпан. Во всяком случае, вариантов основных. Но я подумал о том, что какие-то редкие болезни могли быть описаны... ну, скажем, в тех же сказках и легендах. Вспомнил Зомби - не тех, что создаются с помощью гипноза и химии, а некоторые побочные легенды: живые мертвецы - то есть, истолкуем это так - люди, лишенные личности, но способные еще на активные действия... Они агрессивны, убивают других и способны их делать похожими на себя - свойство, характерное именно для инфекционных больных. То же самое - разные оборотни, вампиры и прочие... Вирус, от которого у человека в качестве побочного симптома растет шерсть - может быть такое? А то, что выделяемые микроорганизмами побочные химические вещества могут оказывать влияние на поведение - это доказано давно и не раз. Вот и все мое пророчество, - развел он руками - как видите, никакой мистики. Я же объяснял вам, - едва ли не с укоризной "тихий" обратился к журналистке.

– Да, для неспециалиста и на слух это понять не легко, - отметил Рудольф, - но я рад, что это звучит почти научно. Или научно, простите.

– Руди, - скривилась Альбина, она не ожидала от своего друга такой бестактности.

– Что поделать, - маска клоуна вернулась на вытянутое лицо "тихого" я сам был бы рад оказаться мистиком-предсказателем - это занятие более благодарное. Во всяком случае, их заживо не хоронят.

– А я думаю о Канне, - задумчиво проговорила Э.Светлая.

Эта ее мысль потом долгое время служила доказательством сторонников версии, по которой профессор был все же убит. "М. за предсказание эпидемии объявили сумасшедшим и исключили из жизни, - записала она в своей книжечке.
– А Канн?"

– О Канне?
– "тихий" отложил в сторону свой шваброутюг.
– Что с ним случилось?

– Он тоже в некотором роде предвосхитил сегодняшние события. Почему-то, говоря это, Эльвира предпочла смотреть в окно.
– И погиб. Авария.

– Бог мой...
– кулаки "тихого" рефлекторно сжались, улыбка пропала с его лица.
– Так мне действительно повезло...

– Послушайте, о чем вы?
– раздраженно перебил обоих Рудольф: только сейчас до него дошло, о чем идет речь и чиновничья часть души его взбунтовалась.
– Оглянитесь вокруг - до обсуждения ли прошлого сейчас? Мы собираемся строить укрепление, переоборудовать для этого здание мэрии. Работы много, хватит на всех. До времени общего сбора я предлагаю немного отдохнуть, женщинам лучше прилечь поспать, надеюсь, Ала, снотворное у тебя найдется?

– Ты в своем репертуаре, - с облегчением вздохнула девушка. Организатор...

– А мы по очереди будем охранять ваш сон, - радостно подхватил "тихий", ему и самому уже не терпелось сменить тему разговора: воспоминания не лучшим образом действовали на нервы, которые следовало поберечь на ближайшее будущее, когда обстановка ухудшится.
– Верно?

– Даже без очереди - пусть они просто немного наберутся сил.

– А я возражаю, - тряхнула головой Эльвира.
– Еще не вечер, и вообще...