Шрифт:
– Somnus, somnus... – Еле слышно прошептала Ба и щелкнула пальцами. Свечи тут же зажглись. Некромант поморщился, уловив магию ведьмы. Керм не сводил взгляд с заключенного, а демон – с Ба. В его глазах было столько неподдельного интереса, что у ищейки неприятно зашевелились волосы.
– Dormitaverunt oculi claudere silentium...
– Я сам спать захотел. – Удивился Малоо, посматривая на зевнувшего заключенного.
– Ну да. Это ведьма виновата, а не тот факт, что мы двое суток по сугробам лазили. – Недовольно откликнулся Анирот.
– На древнем языке шпарит.
– Тихо протянул демон.
– Давненько я его не слышал.
– И что она говорит? – Поинтересовался Керм.
– Как это… – Малоо тоже щелкнул пальцами, подбирая слова. – Колыбельную.
– Ба его спать укладывает?
– Поразился Анирот.
– Подушечку не принести?
– Тихо, сейчас интересно будет.
– Прошипел демон.
Все трое снова уставились через магостекло на пленника и старушку. Сначала ничего не происходило. Злодей просто сидел, украдкой зевая в кулак. После каждого егo движения, магонаручники на запястьях вспыхивали оранжевым светом. Ба что-то бормотала, устраивая травам развлечения каруселью, – брала пучок, водила им вокруг свечи, затем брала следующий, и снова оборот. И так по кругу. Тут и без ведовства в сон потянет.
– Somnus, somnus, palpebrae tuae graves sunt…
В допросной стало темнеть. ?два уловимо, неторопливо. Будто ктo-то медленно задергивал плотные занавески на окнах.
– Somnus, somnus…
Ба поднесла один пучок к огню. Пламя лизнуло травы, выпустило в воздух искорки и черный дым. Ведьма сбила огонь и зажала пучок свечами, оставив его чадить.
– Somnus, viator, fessus es…
Дым закружился по спирали вокруг пленника. Было видно, как колдовской ветер осторожно дотрагивается до его волос, убаюкивает, касается лица, заставляя закрыть глаза.
– Что ты сказал им? – Тихо, но строго спросила Ба.
– Что они знают?
– Мы? – Удивился Анирот.
– Тс-с, не мешай бабуле вести допрос. – Шикнул демон.
– Нисеф-ф… – Прошептал пленник.
– Я нисеф-ф не кас…
– Чего? – Поморщился Малоо.
– Говорит, что ничего нам не сказал. – Перевёл Керм.
– Ну,так-то да, молчал.
– Согласился демон.
– Тихо всем.
– Шикнул некромант.
– Ты нашёл то, что ис?ал во дворце?
– Снова спросила Ба. И подула на чадящий пучок трав, направляя дым на пленника.
– Да. Я снял флепок… я запутал следы… – вполне внятно произнес мужик.
– Скоро мы найдём, что ищем. – Подыграла ему Ба. – Что мы ищем?
– Норфарию…
Керм ни черта не понял, некромант нахмурился, а вот демон скрипнул зубами.
– И кто это?
– Вопросил ищейка.
– Что.
– Поправил его Малоо.
– Мы подстраховались… – Прошептала Ба, подумала и добавила. – Ты всё сделал?
– Да…
– Что именно ты сделал?
– Маги поферили… Дефчонка решила, ш-што он испугается и подпишет с ней брачный дoговор… Мы отвлекли ищейку… Я подсыпал порошок…
– Чтобы oтбить нюх.
– Кивнула ведьма. – Потому что..?
– Потому што-о… если хто и найтёт, то только он…
Ба глянула на магостекло. Демон и некромант воззрились на Керма. Керм развел руками:
– Я не в душЕ, о чём он!
Все снова уставились на пленника.
– Где она? – Снова подула на травы Ба. – Где норфария?
– Не з-снаю… З-сдесь…
– Где здесь?
– Купол… Купол – это сейф…
– Норфария в Йиландере?
– Разволновалась ведьма.
– Что это за хрень, может мне кто-то объяснить?
– Вскипел ищейка.
– Слепок, зачем тебе слепок кольца?
– Наседала Ба.
– Ключ… – Прохрипел злодей. И дернулся. Его глаза закатились.
– ?т чего ключ? Что он отпирает? – Почти закричала Ба. – Слушай меня. Что открывает ключ?
Му?ик задергался в припадке и затих, уставившись в потолок пустым взглядом. В комнате резко посветлело. ?нирот махнул рукой, что-то рявкнул и вытаращился в допросную безумным взглядом.
– Он помер?
– Удивился демон.
– Что такое норфария? – Психанул Керм.
– Кто посмел его забрать?
– Взбесилась Ба и так треснула кулаком по столу, что свечи повалились на пол.
– И куда, мать его, делась его душа?
– Остолбенел ?нирот.
***
– Обвели вокруг пальца. Всех и сразу.
– Угрюмо заметил Анирот.
Малоо пожал плечами.
Керм вздохнул.
Все трое переместились в одну из камер в подвале сразу, как ушла Ба. Официальная версия – придумать план, на самом деле – охренeть без свидетелей. Потому что никто из них толком не понимал, что происходит.