— Борис, проблемы у второй группы. У них что-то происходит, срочно возвращайтесь.

— Чёрт… Принято, идём в лагерь, — и они помчались изо всех сил.

Пока группа Бориса блуждала по городу, Мира, Шир и Федя с Би продвигались к посёлку, он был ближе. Первым к постройкам подлетел Гир. Это были полусферы, похожие на купола, плетёные из веток и чем-то обмазанные, диаметром от пяти до десяти метров каждая; располагались они с небольшими промежутками, но никаких отверстий или проходов в них не наблюдалось. Когда группа подошла к одной из них, Мира взяла образцы материалов, а Гир, взлетев на один из них, нашёл наверху что-то похожее на дверь или крышку. Обходя строения и стараясь их не касаться, все вместе продвигались к центру посёлка. Полусфер-куполов насчитали 53, какие-то поновее, какие-то облупленные и латаные, а одна была полностью разрушена, только поломанные ветки торчали из голой земли. В середине этого разрушенного купола виднелся закрытый люк. Шир подцепил его своими когтями, остальные достали оружие. Откинув люк, ничего странного не обнаружили — простая шахта уходила куда-то вниз. Федя предложил спуститься. Шир, пристегнув к себе трос от его кибер-костюма, стал стравливать понемногу.

Опустившись на дно, Федя осветил внутренний объём. Помещение было невысоким, и ему приходилось пригибаться. Повсюду валялись какие-то черепки, тряпки, и в целом это выглядело, как разорённое жилище. Пошарив по завалам, он наткнулся на фигурку из какого-то сплава, взял её, и сказал, чтобы его вытягивали. В мрачном свете звезды все рассмотрели статуэтку сидящего на корточках ушастого и губастого малыша с хвостом вокруг нижних конечностей и со сложенными верхними.

— Ну вот и познакомились, — сказала Мира и улыбнулась. — Это хороший знак, у них есть искусство, они вполне себе милые, только очень грустные. Что ж, надо возвращаться, скоро закат.

Повернув обратно, стали пробираться мимо домов-куполов. Гир, перелетая с одного купола на другой, то ли неудачно приземлился на одну из очередных крышек, то ли она была не закрыта, — провалился внутрь и тут же вскрикнул. Шир забарабанил лапами в конструкцию, и Мира, растерявшись, не сразу его остановила, а Федя крикнул:

— Гир! Гир, ты как?!

— Тихо! — шикнула Мира.

Би в это время запрыгнула на купол и заглянула внутрь. Там что-то шевелилось. Вдруг Гир закричал от боли. Шир не выдержал, и со всей силы налёг на купол, ветки затрещали, стена прогнулась и треснула, а Шир провалился вовнутрь. В темноте был слышен треск и крик Гира, теперь заревел и Шир. Мира включила мощный фонарь и посветила в пролом: Шир и Гир, облепленные какими-то колючками размером с футбольный мяч, пытались отодрать их от себя, а те лезли на них и, по-видимому, сильно жалили. Шир схватил Гира и вытолкнул его, а сам продолжал отбиваться, затем, взревев, ринулся вон из купола. От натиска и борьбы конструкция и так еле держалась, а теперь и вовсе рухнула.

Би, Мира и Федя отдирали колючки от Гира, но те снова липли, и теперь уже все они были в них. Вдруг Би превратилась в дракона, точно такого же, как СтрельБа. Она подхватила всех, взмыла над посёлком, отряхнула, и все колючки свалились на землю. Только Шир остался внизу, он бежал между куполами, преследуемый колючими шарами, которые прыгали на него, а он их отдирал и отбрасывал. Метров за пятьдесят от посёлка преследование прекратилось, и все устало повалились на землю. Би снова стала девушкой и рассмеялась. От заливного смеха засмеялись и остальные. Тут их застала, прилетев на шум и крики, СтрельБа.

— Что с вами? Что вы смеетесь? Шир и Гир в занозах…

Все переглянулись, и заметили, что усеяны иголками от колючек. Мира сделала тест на яды, к счастью, всё было в пределах норм и она ввела всем сыворотку. Федя и Би наперебой стали рассказывать о приключении.

— А кто смотрит за Каем? — вдруг спросил Гир.

СтрельБа взмыла ввысь и ринулась к кораблю. Остальные тоже помчались за ней. В это время со стороны города уже приближалась группа Бориса.

Отстав от своих, Лев прыгнул в первый попавшийся тоннель, и его понесло потоком всё быстрее и быстрее. Мелькали платформы, чередовались тоннели, по-видимому, его направляли, и воздушный поток не ослабевал. Когда полёт уже порядком надоел, и Лев подумывал выпрыгнуть куда-нибудь наверх, усилив свой кибер-костюм, поток стал ослабевать. Пробежав по инерции ещё немного, он остановился.

Впереди брезжил слабый свет и Лев направился к нему. Стеклянная дверь открылась, и он оказался в большом зале. Показались смутно знакомые панели, наклонные поверхности с какими-то знаками, большие бурлящие колбы, как в лаборатории, а в центре — ровная поверхность в виде пентаграммы. Лев обошёл зал. Какие-то смутные воспоминания нахлынули на него, сильная боль пронзила голову и спину, он изогнулся и застонал. Когда приступ прошёл, он направился в другой конец зала, где была такая же стеклянная дверь, а за ней коридор, со стеклянной стеной, из-за которой будто кто-то наблюдал. Осмотревшись, Лев увидел белый овал лица за стеклом, подбежал к нему, и рассмотрел орфеянина, похожего на Гира.

Пленники нашлись, но как их вызволить? На полу обнаружилась какая-то панель, он стал интуитивно на её нажимать, пальцы будто помнили нужные комбинации, стекло поднялось, открыв камеру. Орфеянин бросился к нему и обнял. Сильная дрожь пронизывала его тело, Лев успокаивал и настороженно прислушивался, нет ли тут кого-то ещё. Орфеянин насилу успокоился и заговорил.

— Лев, я знал, что ты вернёшься за нами.

— Извините но я ничего не помню, — отстранился он.

Орфеянин пристально на него посмотрел.

— Да, наверное, это так действует. Я тебе напомню. Я Лайл из группы исследователей с Орфея… Давай сначала проверим остальные камеры, тут должна быть Тайя, моя жена.

Он подошёл к следующей стеклянной перегородке и указал на управляющую панель. Лев проделал те же манипуляции, и стекло поднялось вверх. На полу, едва дыша, лежала орфеянка. Лайл склонился над ней, провел рукой по лбу и она открыла глаза.

— Лайл, как больно…

Он осторожно перевернул её и увидел на спине глубокие шрамы. Весь комбинезон был изрезан, а вдоль позвоночника проступали шрамы.