– Господа!
– военный замахал руками подобно мельнице на реке.
– В холодное время года мы живём в палатках. А что, если в палатку, где будет ночевать, поставить эту чудо-печь на колёсах? Представьте, закатили внутрь, затопили, и стало тепло.

Ланин подозрительно нахмурил брови.
– Печь в палатке? А мы не сожжём её? Там же из трубы дым, огонь, искры, жар?

– Не должны, ваше высокоблагородие. Поставим подальше от ткани. А трубу, как у самовара, зигзагом выведем наружу.
– Поручик внезапно задумался. Почесал затылок и вскрикнул, резко хлопнув в ладоши.
– К черту повозку с колесами и котлами. У меня своя идея на пять тысяч. Даже на десять!
– Он бросил взгляд в массы.
– Предлагаю, вместо печи на колёсах, использовать большой самовар. А что? Поставим на тележку с колёсами. Закатим внутрь. Трубу от него выведем наружу - и красота! И тепло и горячий чай. Главное, такой самовар не займёт много места. Можно вообще поставить в каждой палатке. Изготовим большие самовары и будем чаи гонять и греться. Господа, по-моему, просто великолепная идея. Что скажите?

Народ задумчиво зашевелил "извилинами", представляя огромные самовары на колёсах, стоящие в палатках.

Князь достал платок. Поводил пальцами. После чего взял слово.
– Владимир Иванович, идея немного сыровата. Но, мне нравится ход ваших мыслей. Предлагаю доработать предложение. Переночевать с ним. А завтра подойдёте с рисунком. На месте решим, что лучше использовать: самовары или печки от самоваров для обогрева палаток. Деньги, естественно, выдам тоже завтра.

.....

Очередное "безумное" предложение вновь веселило присутствующих. Офицеры, не стесняясь начальства, хохотали во весь голос.

– Господа, - давясь от смеха, с трудом выговорил один из них.
– Вы только представьте! Сидит подпоручик Колягин, где-нибудь на полянке, в засаде, за берёзой. Жуёт малину и вяжет из цветочков, вместо дурацких бабьих венков, травяное одеяло. Затем накидывает на себя и медленно ползёт в сторону вражеского часового. Господа, я просто не представляю, чем он будет держать кучу травы, пока будет ползти? Ведь для перемещения по земле, нужны обе руки и ноги.
– Может, быть... попой? Али ещё чем?

– Господа, зря смеетесь, - на полном серьезе недоумевал выступающий.
– Согласен. Плести одеяло из травы долго и ползать под ним неудобно. Но, можно попробовать изготовить травяной плащ с накидкой на голову. И уже ползти в нём.

– Ха, ха, ха, – не успокаивался народ.
– Ты ещё предложи подштанники связать из одуванчиков и васильков. В них точно никто не заметит. Точнее – заметят. Заметят и разбегутся от ужаса и смеха.

– Господа офицеры?
– Ланин вытер слезы с лица.
– Есть ещё задумки? Кто не выступал?

С задней парты поднял руку химик Кутейкин.
– Разрешите, сделать предложение на пять тысяч рублей?

– Дмитрий Павлович?
– князь попытался остроумно пошутить.
– Давайте, выдвигайте очередное "великое" предложение всех времён и народов. Что у вас? Баня на колесах или плащ с крыльями?

... – Баня на колёсах! Ха, ха, ха, - присутствующие в кабинете снова "повалились" от смеха.

– Ваше сиятельство, лучше. Я научился выбивать невидимую искру. Которая летает по воздуху.

– Невидимую искру!!!
– аудитория дружно повторила фразу и разом "нырнула" под стол от хохота. Красный от веселья подпоручик поднялся с места.
– Господа, только не смейтесь, я тоже умею выбивать невидимые искры... из глаз. На днях так звезданулся. Такие были искры! Так летали по воздуху. Думал сожгу избу – напрочь!

– А ещё!
– Котейкин мило улыбнулся в ответ.
– Я создал небольшой приемник способный принимать эти искры. И если его подсоединить к мине на расстоянии...

– Так, СТОП!
– вселенец с грохотом вскочил с места. Перебил выступающего. Стал хлопать в ладоши.
– Господа, я устал смеяться. Предлагаю сделать небольшую паузу в наших занятиях. Прошу выйти всех в коридор и немного отдохнуть. Привести себя в порядок. Давайте, господа. Выходим, выходим.
– Вселенец сделал серьёзное лицо.
– Офицеров Игнатова и Котейкина попрошу остаться.

***

Самый удачливый закупщик живого товара прапорщик Голубев стоял по стойке "Смирно" напротив князя, смотрел на него как положено, чуть придурковатым взглядом. Ждал и молчал. Князь сидел напротив. Чуть прищурив глаза, тоже смотрел, также молчал и чего-то ждал.

– Господин прапорщик?
– подполковник первым нарушил тишину.
– Что-то вы в последнее время какой-то подозрительно тихий? Скромный?

– Как можно, ваше высокоблагородие, - начал отнекиваться подчинённый.
– Обычный. Такой, как всегда.

Вселенец хитро прищурил глаза, продолжил накат на противника.
– Вот и я говорю: В Москву с нами не поехал. На занятиях новые идеи не вносишь. Сидишь себе скромно в уголке. Затаился. Вздыхаешь как будто в чём-то виноват. Вон, все – ржут как кони. А ты как будто замёрз. На лице даже тени нет от улыбки.

– Ничего я не затаился, ваше сиятельство. Ни в чём не виноват! В Москву меня сами не взяли. Новых задумок у меня нет.

– Да?
– переспросил подполковник, приподняв левую бровь.