— Я даже не знаю, смеяться тут или плакать, — его искренняя улыбка одновременно нравилась и вселяла ужас.

— Да брось, — отмахнулся Джастин. — Тебе этого не понять — ты была единственным ребёнком в семье. Думаю, это ужасно скучно, когда родители целый день только и делают, что бегают вокруг тебя. У тебя не было своего компаньона для преступлений, не было персональных врагов, которые тем не менее всегда будут защищать тебя перед чужаками, не было войны за территорию и ресурсы. Ты всему этому не обучена.

— У меня всего было достаточно, чтобы не сражаться за удовлетворения естественных для ребёнка нужд.

— Да. Братья и сёстры это неоднозначное явление. Они злые, вредные, они доносчики и подлецы, но и я не лучше. И мы все друг друга любим. Это… крысиная стая, которая грызёт сама себя, но чужаков разрывает на части ещё быстрее.

Подумав секунду, с улыбкой пожал плечами:

— Знаешь, может я иногда и хотел бы, чтоб мои родители завели меньше детей, но не хотел бы избавиться ни от одного из тех, с кем рос. Как бы там ни было, эти восемь богомерзких тварей — мои братья и сёстры.

Я отвернулась посмотреть на воду.

— Эм… это… интересное мнение. Я подумаю над этим на досуге, но полагаю, мне действительно этого не понять.

— Я с этого и начал, — засмеялся Джей и потянулся к салату в моей руке. — Дай-ка это сюда. Я не распробовал.

Оторвал кусок лепёшки и переложил на него немного начинки. Отправил в рот.

Задумчиво жуя, смотрела на воду. Я доедала остатки.

— На удивление неплохо.

— Уже жалеешь, что не взял себе? — я ополоснула руки от соуса и вернулась на скамейку.

— Нет, но в следующий раз я рассмотрю возможность съесть такое. Ты утром в воскресенье, кстати, свободна?

— Не хочешь находиться в резиденции, пока готовятся торжество?

— Нет, мадам, что Вы? — с карикатурно вежливым лицом, подсел ко мне. — Вырываю из графика самые ценные минуты, дабы провести их в Вашей компании.

— Ах, как это трогательно, — я изобразила произношение с придыханием, изящно прижимая руку к сердцу. — Конечно же для Вас я брошу все свои планы и составлю Вам компанию в любой день.

— Полагаю, это «Да»?

Я пожала плечами, как бы в безразличии:

— А почему бы и нет? Я пока никуда не собираюсь.

— А когда соберёшься, то бросишь меня? — на лице изобразил драму.

— Да! — взяв его за руку, отвернулась и прикрыла глаза запястьем другой руки, изображая актрис трагических постановок. — Судьба влечёт меня в неведомые дали! На лето я вынуждена отправиться в Трое-Город, в один из филиалов больниц моего отчима, чтобы там работать с юными артефакторами над новым проектом. А осенью, возможно, я не вернусь — меня бесит эта работа, но Вас я буду помнить вечно!

— Ты уезжаешь? — Джастин внезапно стал серьёзен и совершенно не рад.

— Ну да, — я отпустила его руку и заговорила нормальны тоном. — А ты не знал? Я ведь изначально пришла сюда за детёнышами-артефакторами. Да, я уеду.

— И не вернёшься?

— Не знаю, — отвела взгляд, почёсывая затылок. Зачем он концентрируется на этой теме? — Не уверенна, что это моя работа.

— А по-моему ты прекрасно справляешься. Тебя в академии любят.

— Да, но… мне, пожалуй, не хватает разработки новых артефактов. Постройка того, что уже известно со студентами — это рутина. Умиротворяющая, весёлая, но рутина. Ведение языка и литературы — и того хуже. Мне нравится эта работа, но нужно с чем-то её совмещать и я пока не понимаю как. Думаю, это не моё.

— А я думаю, ты убегаешь от первых трудностей!

Чего он так завёлся? Нервный какой-то.

— Мне тоже не всё в этой работе нравится, но я же всё ещё тут. Это не рутина, это стабильность. Детей учить всегда нужно будет — эта работа никуда не денется. И потом, у тебя никто не отнимает возможность заниматься разработками. Ты можешь отказаться от языка и литературы, но сделать пару дополнительных кружков по артифакторике. Вплоть до того, что на некоторых вы со студентами будете новое разрабатывать.

Я скептически сощурилась:

— Сомневаюсь, насколько это осуществимо.

— Не сомневаться надо, а решать возникшую проблему. Или что, должен прийти твой профессор и за тебя найти решение?

Я прикусила губу. В этом была неопровержимая логика.

Мы отвернулись друг от друга, глядя вперёд на озеро, местами покрытое тонкой ледяной коркой.

Джей барабанил пальцами по коленкам.

Я ковыряла ногти. Надо бы их хоть лаком покрасить — что-то отслаиваются в последнее время.