— А ты, однако, философ, — удивилась Ирина. — Вот бы ни за что не подумала.

— Ага. Отлично. Я — философ. А кто ты у нас такая? Рассказала бы нам, как ты оказалась тут.

— Ты меня сам сюда привез, — напомнила Ирина.

— Не надо, — поморщился Мишка. — Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

— Ладно. Можно коротко? И без стриптиза? Без духовного стриптиза, я имею в виду.

— Лично я ничего против стриптиза не имею, — заметил Филимонов. Считай, что меня устраивают любые его формы.

— Ладно. Непременно приму к сведению.

Вплоть до последнего класса жизнь Ирины мало чем отличалась от жизни миллионов соотечественниц её поколения. В раннем детстве это были детский сад, вечно сетующая на нехватку времени замученная мама, обожаемый отец и предел мечтаний — пушистый котенок. Когда Ира уже училась в первом классе, родители подарили ей вместо котенка братика, однако подарок девочку не особенно обрадовал, поскольку теперь времени на Ирочку у мамы почти что совсем не оставалось.

Ира росла здоровым ребенком. Если она и болела, то болела легко и недолго. Да и вообще, болезни в её детстве были скорее исключением, нежели правилом. С этим её матери повезло. Да и не только с этим. Девочка отличалась общительностью и имела массу друзей. К учебе относилась спокойно, как к неизбежному злу, с которым просто необходимо смириться и свыкнуться. В соответствии с этим своим подходом звезд она с неба не хватала, но и среди двоечников никогда не числилась. Ее живой энергичный характер требовал движения и свободы. Ей было душно в узких рамках статуса ученицы школы, но, несмотря на это, девочка никогда громко не бунтовала. Выход своей энергии Ира обычно находила за пределами школы, в шумных ребячьих компаниях, где она неизменно являлась одним из самых проказливых заводил.

Когда девочка перешла в восьмой класс, из семьи неожиданно ушел отец. Их оставил человек, которого Ира любила больше, чем кого-либо иного. Перед тем, как уйти, он обещал дочери, что теперь они будут видеться даже чаще, чем когда жили под одной крышей, но… Очень скоро — всего лишь через четыре месяца — у отца в новой семье появилась ещё одна дочка, и в результате времени на детей от первого брака у папы практически не оставалось. Во всяком случае, он стал встречаться с ними все реже и реже.

Мать зримо изменилась после ухода супруга. Она стала крайне рассеянной, весьма раздражительной и часто плакала. Ира была уже достаточно взрослой, чтобы понимать — мать очень переживает, что муж оставил её. И как не любила Ириша папу, в сложившейся ситуации её симпатии были полностью на стороне матери. А после того, как во время очередной встречи отец заявил, будто мама сама виновата в случившемся, девочка решила, что он просто жесток и очень-очень несправедлив. Теперь она уже не особенно гнала время, ожидая следующей встречи с отцом, и если таковая в очередной раз переносилась, то это почти не расстраивало Иру. Во всяком случае, она жалела маму и чем только могла старалась помочь ей.

Год за годом отец все более удалялся от своих детей от первого брака. Хотя, нужно отдать ему должное, он регулярно выплачивал алименты и не упускал возможности сделать им подарки ко дню рождения или к праздникам. Но отца в семье теперь не было. В результате семья была «неполной», а следовательно — и «потенциально неблагополучной». Мама начала курить. У неё появилась привычка задерживаться с возвращением с работы. По вечерам от неё иногда попахивало спиртным. Правда, был короткий период, когда она вдруг воспряла духом. У неё как в старые времена снова появилось хорошее настроение, вернулись доброта и нежность к детям. Она опять обращала внимание на то, как она одета и как выглядит.

Однажды мама предупредила дочь, что у них будет гость, и вечером пришла в сопровождении грузного немолодого мужчины. Мама напропалую кокетничала с ним. Потом она позвала детей. Нетрудно было понять, ей очень хочется, чтобы они понравились гостю. А гость был рассеян. Он поинтересовался у Иры, как она учится, потрепал по голове её брата и сел за стол. Далее детей он просто не замечал, поскольку все его внимание было поглощено появлявшимися на столе блюдами. К вечеру он ушел, предварительно съев все принесенные им для детей фрукты. Ушел, чтобы никогда больше уже не появиться в их доме.

И снова у мамы наступил период депрессии. Пару раз проснувшейся среди ночи Ире приходилось слышать, как мама тихо плачет в подушку. Девушка с удовольствием бы утешила её, но вместо этого она продолжала тихо лежать в постели, боясь каким-либо образом выдать, что не спит. Она понимала, что мама не хочет, чтобы дети знали о её переживаниях. Не хочет показаться им слабой. Вот именно тогда Ира и решила, что все мужчины глупцы и к тому же мерзавцы, поскольку такой удивительный человек как её мама так долго остается одна… Девочка решила также, что никогда не будет дурой и ни за что, ни-ког-да не выйдет замуж. А ещё она четко усвоила мысль, что терять что-либо всегда много больнее, нежели просто не иметь этого.