Когда в тот день Антон с некоторым опозданием появился на работе, там уже знали о трагическом происшествии. Как выяснилось, после утренней пробежки Игорь по обыкновению появился на спортивной площадке, где минут двадцать пять — тридцать делал интенсивную зарядку. Затем он направился домой. Спортивная площадка находилась недалеко от берега расположенного в парке пруда. Попасть со спортивной площадки на ведущую к его дому улицу Игорь мог либо по идущей перпендикулярно к ней широкой аллее, либо тропинкой, наискось ведущей к узкому концу пруда. Последний путь был короче. Кроме того, бежать конечно же было приятнее не вдоль забитой автомобилями дороги, а по пахнущему свежей зеленью парку. Вблизи от этой тропинки труп Игоря и обнаружила студентка, также бегом возвращающаяся в то утро с зарядки. Девушка жила с Игорем в одном доме и была знакома с ним. Поэтому с предварительным опознанием трупа затруднений не было.

Снитко застрелили из пистолета. Было сделано два выстрела — один в сердце, другой, контрольный, в затылок. Убийца или убийцы отличались завидным хладнокровием. Прежде чем скрыться, они оттащили убитого в кусты. И если бы девушка не заинтересовалась чем-то белым, мелькнувшим в поле её зрения на доли секунды слева в кустах, труп скорее всего обнаружили бы лишь через несколько часов, когда в парк устремлялись многочисленные молодые мамы со своими чадами.

Узнав о случившимся, Антон немедленно позвонил Мишке и затем отправился к родителям Игоря. Славка, брат покойного, находился уже там. Антон оставался с родителями друга около часа, а затем, когда подъехал Мишка, направился в милицию, дабы узнать о том, когда родные и близкие получат тело убитого для захоронения. Оказывается, в милиции его уже ожидали. Но беседа оказалась очень короткой. Ему лишь предложили принять участие в опознании, а потом настоятельно попросили появиться ещё раз в пятнадцать тридцать.

В указанное время Антон был на месте.

— Где вы находились и чем занимались сегодня от шести пятнадцати до семи тридцати? — без каких-либо предисловий спросил сухощавый капитан с унылым длинным носом.

— Находился дома. Приводил себя в порядок и собирался уезжать на работу.

— Кто ещё был дома?

— Жена и дочь.

— Продиктуйте их основные данные, — попросил капитан.

Антон продиктовал.

— Как вы обычно добираетесь на работу?

— Машиной.

— Своей машиной?

— Своей, — подтвердил Антон.

— Когда обычно выходите из дома на работу?

— В семь пятьдесят — в восемь.

— А в котором часу вышли сегодня?

— Приблизительно в восемь двадцать.

— А что так? — капитан внимательно смотрел на Антона.

— Пришлось дожидаться жену.

— То есть, в интересующий меня период времени её с вами дома не было? — оживился капитан. Антону показалось, что кончик его длинного носа даже слегка приподнялся как у нашедшего добычу любопытного ежа. Создавалось впечатление, что человек в форме усиленно принюхивается, как бы надеясь уловить исходящий от своего визави запах страха.

— Жена отсутствовала не более получаса, — уточнил Антон. — К ней за какими-то документами должна была заехать коллега. Вот ее-то моя супруга и поджидала у перекрестка метрах в двухстах от дома.

— Этой коллеге что-то мешало подняться к вам самой?

— Послушайте! Какое это имеет отношение к случившемуся?

— Имеет, имеет. Так почему сослуживица вашей жены не поднялась к вам?

— Да ничего тут нет странного. Просто документы были нужны ей срочно, а потому жена обещала подождать её на улице… Коллега почему-то задерживалась, соответственно задерживался и я.

— Вы что, не могли уйти без жены?

— Не мог. Мы с женой предпочитаем не оставлять дома дочку одну.

— Понятно. А вы сами не имеете обыкновения бегать к пруду на зарядку? — деловито осведомился капитан.

— Раньше бегал. Но скоро будет два месяца, как перестал.

— Что так? — стандартной фразой проявил свой интерес капитан.

— Сильно подвернул в марте ногу. Конечно, пора было возобновить пробежки, но все никак не мог себя заставить… — посетовал Антон.

— А сколько вам могло бы потребоваться времени, чтобы добраться бегом от дома до пруда? Точнее — до спортивной площадки?

— Порядка десяти минут… Иными словами, не могу ли я быть убийцей? Нет. Даже чисто теоретически. Если бы я покинул дом, меня в этом случае наверняка видело бы по крайней мере с полдюжины различных знакомых.

— А вы уверены, что вас никто не видел? — прищурился капитан.

— Уверен. Поскольку в это время в ожидании жены я развлекал дома дочку.

— Да вы не волнуйтесь, — неожиданно изобразил на своем лице улыбку капитан. — Если все обстоит именно так, как вы говорите, вам нечего опасаться.

— Я и не опасаюсь. С чего вы взяли?

— А коль не опасаетесь, то не надо нервничать… Кстати, как это получилось, что согласно вашему уставу — я имею в виду устав вашей «фирмы» — никто из соучредителей не имеет права на выделение из «дела» своей доли?

— Мы записали этот пункт специально, чтобы не дробить свой бизнес.

— И кому принадлежала эта идея?

— Игорю. То есть — Снитко. Он был инициатором создания нашей «фирмы». Он же в основном и давал предложения по уставу.

— Ну да. Конечно. Наиболее активными в таких начинаниях почти всегда почему-то оказываются именно убитые…