– Да-да-да, это Джузеппе, про которого я тебе говорил, - взгляд скользил по строкам кривоватого текста, выхватывая только самое необходимое, - Где этот тип? – Гай оторвался от свитка и требовательно посмотрел на Пизона.

– В атрии сидит, ждет, - Пизон пожал плечами.

– Надо его задержать.

Сзади раздался скрип кровати, и Кальпурния сонно спросила:

– Гай, что происходит?

– Ничего, спи, - отмахнулся Гай, натягивая первую попавшуюся под руку тунику.

Пизон, наконец, вошел в комнату и закрыл за собой дверь:

– Да зачем задерживать? Заплачу я выкуп, там не так-то много.

– Затем, что Джузеппе там не один, - проклятый шнурок проклятого сандалия никак не получалось нормально завязать спросонья, - Вместе с ним пираты поймали кучу людей. Таких же как он. Других пассажиров. Нужно выяснить, где их держат и купить, пока не стало слишком поздно.

Пизон покачал головой:

– Проблемы у тебя конечно…

– Уж какие есть.

Гай был готов к тому, что посланника придется долго и обстоятельно “уговаривать” при помощи кулаков, но тот оказался куда более готовым к сотрудничеству.

– Ну зачем сразу так жестко? – едва завидев их с Пизоном с двумя крепкими рабами за спиной, спросил посланник. Несмотря на напускную расслабленность, было заметно, что он напрягся, - Может, для начала поговорим? Уверен, у нас получится прийти к взаимовыгодному соглашению.

– Ну давай попробуем, - отодвинув Пизона, Гай вышел вперед, - Нам нужна информация.

– Это я понял, - кивнул посланник, - Цена вопроса зависит от того, какая.

– Кто тебя отправил и откуда? – Гай не стал тянуть кота за яйца.

– Половина от суммы выкупа, - быстро сориентировался посланник.

Пизон скривился и отрицательно помотал головой, хотя Гай и не собирался соглашаться на такие грабительские условия.

– Десять процентов, или ты нам все равно все скажешь, но уже по-плохому, - на мгновение забывшись, он угрожающе похрустел костяшками пальцев. Скрытая под повязкой кисть отозвалась прострелом.

– Грабеж среди бела дня! – воскликнул посланник, - Сорок процентов.

– Нет, так мы с тобой не договоримся, - цокнул Гай.

Пизон кивнул своим рабам и те сделали несколько шагов в сторону посланника.

– Ладно! Ладно! Тридцать, - быстро поменял свое мнение тот.

Рабы сделали еще несколько шагов в его сторону – и от былой расслабленности не осталось и следа. Быстро прикинув сумму имевшихся на руках денег, Гай вынес свой вердикт:

– Двадцать и ни ассом больше.

– Ладно, ладно, Аид с тобой, скупердяй! Двадцать. Но деньги вперед!

– Ладно, признаю, Пизон, я проиграл, - Гай отступил назад и развел руки, - С этой наглой пиратской мордой и правда бесполезно говорить.

Пизон деловито кивнул, быстро схватив суть представления и свою роль в нем.

И этого оказалось достаточно. Последние остатки самообладания покинули посланника, и он истерично воскликнул:

– Да чего ты хочешь-то?!

Гай именно этого и добивался.

– Информацию вперед, деньги потом. Или ты мне не доверяешь? – вкрадчиво спросил он.

– Аид с тобой… - сцепив зубы, процедил посланник, - Спинтер. С Кефалинии.

– Лентул Спинтер? – недоверчиво переспросил Гай. Посланник кивнул, и он обернулся к Пизону, - Он же, вроде, погиб, нет?

– Говорили, что еще при Филиппах, но тела не нашли, - Пизон пожал плечами.

Дерьмо.

– Карр на Кефалинии? – с нажимом спросил Гай. Посланник кивнул, - Отлично, - быстро набросав расписку, Гай протянул ее ему. Посланник ухватился за свиток, но Гай не отпустил свой край, - Cперва одно условие, - посланник закатил глаза так, словно пытался рассмотреть свой мозг. За спиной сдавленно хохотнул Пизон, на мгновение выпав из роли, - Я не отпущу тебя одного, поэтому с тобой отправится мой человек. Поможешь ему со всем, с чем он попросит – накину еще половину от этой суммы.

Глаза посланника загорелись алчностью, он с готовностью кивнул – и только после этого Гай отпустил расписку, позволяя ему спрятать ее за пазухой.

– Ну что, где твой человек? – посланник облизнулся.

– Погоди ты, - хмыкнул Гай, - Я не собираюсь будить хороших людей в такую рань. Располагайся пока, - на последней фразе Пизон картинно закашлялся, но Гай предпочел сделать вид, что ничего не заметил.

Заседание коллегии понтификов должно было состояться уже совсем скоро – а это значило, что Пизону недолго оставалось мириться с неудобствами.