Шрифт:
Но я все еще в ярости, поэтому пишу Валентине.
Я: Что ты делаешь сегодня вечером?
Валентина: А, что?
Я: Мои коллеги - мудаки. Я ужинала с Антонио, и теперь все целуют меня в задницу. Могу я заскочить к тебе после работы, чтобы поболтать?
Валентина: Я не могу сегодня вечером. Нужно оказать услугу. Звоню тебе прямо сейчас.
– Что происходит?
– Длинная история, - отвечает она.
– У тебя есть возможность сегодня уйти с работы пораньше, забрать Анжелику из школы и оставить ее у себя на пару часов?
– Конечно, - отвечаю я. В голосе Валентины звучит напряжение.
– Все в порядке?
– Все хорошо. Спасибо, Лучия. Я сообщу в школу Анжелики, что ты ее заберешь. Предупреждаю, Данте, скорее всего, тоже будет там.
В ее голосе слышатся нотки раздражения.
– Ты уверена, что все в порядке?
– Данте - не проблема, если ты об этом, - отвечает она.
– Что касается остального, я расскажу тебе об этом вечером.
Когда я приезжаю, заместитель Антонио, Данте, уже находится в школе Анжелики.
– Синьорина Петруччи, добрый день, - говорит он.
– Я вернусь вместе с вами и Анжеликой.
– Хорошо.
– Мне дико любопытен Данте. Признает Валентина это или нет, но он важен для нее. А она - моя лучшая подруга. В прошлый раз, когда у нее были отношения, меня не было рядом, так что в этот раз я собираюсь проявить должную осмотрительность и убедиться, что парень, которым она заинтересовалась, не придурок.
– Зови меня Лучия.
– Лучия.
– Он замечает Анжелику, и на его губах появляется улыбка.
– Вот ты где, обезьянка.
Анжелика явно рада его видеть.
– Дядя Данте, - визжит она, и ее лицо расплывается в широкой улыбке.
– Ты приехал за мной. И тетя Лучия.
– Она на мгновение замирает, и выражение ее лица становится обеспокоенным.
– А где мама?
Данте отвечает раньше, чем я.
– Ее задержали на работе, - говорит он, и его тон звучит тепло и обнадеживающе.
– Мы с Лучией вызвались забрать тебя.
– Ага, - подтверждаю я.
– Надеюсь, ты любишь горячий шоколад, малышка, потому что это все, что есть у меня дома.
– Да, я часто использую подкуп.
– Горячий шоколад?
– Ее глаза сияют.
– Обожаю.
– Что ты сегодня делала в школе?
– спрашиваю я ее по дороге.
– Нам рассказывали о зебрах, - отвечает она.
– И у меня был неожиданный тест по математике.
– Похоже, она так же взволнована неожиданным тестом по математике, как и тем, что я предложила ей горячий шоколад. Она - мамина дочка, точно.
– А вы знаете, что зебры могут бегать со скоростью шестьдесят пять километров в час?
Мы с Данте слушаем факты о животных, когда идем ко мне домой. Точнее, я слушаю. Данте рычит на каждого туриста, который подходит к нам слишком близко. Я хочу спросить его, в чем дело, но, помня о том, что Анжелика может услышать, воздерживаюсь.
– У тебя новые кресла!
– восклицает Анжелика, как только я открываю входную дверь своей квартиры.
– И новый ковер.
– Она замечает розы, которые еще свежие, и бежит к ним, зарываясь лицом в их аромат.
– И красивые цветы. Смотри, дядя Данте.
– Они восхитительны, - соглашается Данте с заученной безучастностью. Несомненно, он прекрасно знает, от кого они.
– Итак, чем займемся? Ты можешь заняться домашним заданием или… - Он достает из сумки набор Lego.
– Хочешь построить пиратский корабль?
Он хорошо с ней ладит. Я оставляю их заниматься строительством и отправляюсь на кухню, чтобы приготовить горячий шоколад. Через несколько минут Данте стучит в дверь.
– Меня послали сказать, что Анжелика хотела бы получить взбитые сливки к своему горячему шоколаду, - говорит он.
– Если у тебя есть.
Взбитые сливки просто необходимы.
– Есть. — Я смотрю на мужчину.
– Что происходит? Ты можешь рассказать?
Он на мгновение задумывается, а затем кивает.
– Русская угроза усилилась, - говорит он.
– Валентина и Анжелика переезжают ко мне, пока мы не разберемся с этим вопросом.
– Надолго?
– Две недели, может быть месяц.
Данте заинтересован в Валентине - я в этом абсолютно уверена. Он должен выглядеть довольным этим шагом, но он выглядит почти страдающим.
– Угроза усилилась? Антонио ничего не сказал.
– Это не удивительно, не так ли?
– Данте говорит так, будто это само собой разумеется.
– Дон будет защищать тебя - он всегда так делал. Но он также хочет оградить тебя от худшего, что есть в его мире.
– Что значит, он всегда меня защищал?