— Ладно, — вздохнул Магистр, — нам надо идти. До завтра, Джессамин.

— До завтра. Прощай, Джарид.

На выходе из комнаты Премудрой Баден и его племянник едва не столкнулись с приземистым, крепко сколоченным магом; длинные желтоватые волосы его были собраны в пучок, борода коротко подстрижена. На плече незнакомца сидел внушительного вида светлый ястреб со спинкой ржавого цвета и умными глазами. Маг нахмурился и собрался было что-то сказать, но узнал Бадена и с немалым усилием промолчал.

— Баден, — буркнул он, — извини за спешку — надо срочно увидеться с Премудрой. — Джарида он, похоже, вовсе не заметил.

— Ничего, Оррис, — вежливо ответил Баден. — Рад снова тебя увидеть.

— Я тоже. — Оррис кивнул. Он как-то безразлично посмотрел на Джарида и постучал в дверь.

Джарид вопросительно взглянул на Бадена, и тот слегка пожал плечами и дал понять, что пора уходить. Они вышли на улицу и направились в центр города.

— Что это за человек? — спросил Джарид.

— Оррис? — Баден снова пожал плечами. — Не знаю. Оррис — один из предводителей небольшой группировки магов, преимущественно молодых, которые считают, что Орден погряз в самодовольстве и утратил целенаправленность. Похоже, он видит во мне и других старших магах препятствие развитию Ордена.

— Это действительно так?

Баден быстро взглянул на ученика, и тот решил, что рассердил Магистра. Но ответ прозвучал мягко и как-то задумчиво:

— Я понимаю, почему некоторые видят меня в подобном свете. Впрочем, забавно: в молодости я был одним из самых радикально настроенных магов. Каждое проявление несправедливости в Тобин-Сере я расценивал как оскорбление в адрес Ордена и настаивал на увеличении роли его членов в управлении страной. Но когда я стал старше, то понял мудрость пути, избранного для нас Амаридом. Мы служим стране, потому что наша сила помогает преодолевать трудности. Но не думаю, что эта сила должна вести нас к власти.

— Значит, — решился предположить Джарид, — Оррис в чем-то согласен с Тероном.

Баден остановился и посмотрел на племянника:

— Будь очень осторожен, когда упоминаешь Терона, Джарид. — Он говорил строго, но не гневно. — Сравнить мага с Тероном — значит обвинить его в нарушении Законов Амарида.

— Я не это имел в виду.

— Знаю, но все же будь осторожен, особенно здесь.

Джарид кивнул, и они пошли дальше.

— Тем не менее, — более спокойно сказал Баден, — в твоих словах есть доля правды. То, что разделило Терона и Амарида, остается и поныне предметом раздоров. Конечно, эти разногласия уже не столь открыты и едва ли смогут погубить Орден, не говоря уже о том, что Оррис с союзниками не сравнятся с Тероном в высокомерии и не зайдут так далеко в претензии на власть. Но Орден все еще не может до конца определить свою роль и положение в Тобин-Сере. Мы — третейские судьи и защитники страны, и в этом смысле наша роль является чем-то средним между служением и управлением. Как и многие старшие маги, я предпочитаю отклоняться по одну сторону от этой линии, Оррис — по другую. — Баден снова остановился, чтобы разглядеть переулок, ведущий налево. — Кажется, это здесь. Пошли.

Наступил вечер; в переулке было темно и прохладно. Путники очутились в каменном дворе, обсаженном по периметру неровным кустарником и усыпанном битым стеклом. Воздух отдавал прокисшим элем и мочой. В глубине стояло мрачное здание, некогда, видимо, белое. Одно из окон было разбито и закрыто фанерой. Над входом висела потемневшая от времени вывеска: "Гнездо. Гостиница и таверна". Баден подошел и с ухмылкой взглянул на нее.

— Прямо дом родной, — с тоскливой иронией в голосе отметил он.

— Это здесь мы остановимся? — недоверчиво спросил Джарид.

— Конечно! Правда, здесь все выглядит несколько потрепанным...

— "Несколько" — скажешь тоже!

— Послушай, — Магистр явно терял терпение, — комнаты здесь чистые, еда — лучшая в городе. Надеюсь, ты не хочешь ночевать сегодня в лесу?

— Нет, Баден, — покладисто ответил Джарид и, когда маг с упреком поглядел на него, добавил: — Магистр Баден.

Внутри "Гнездо" выглядело не так жутко — до некоторой степени. По крайней мере, противный дворовый запах сменила смесь табачного дыма, жареного мяса и кислого вина. Гостиную слабо освещали лучи вечернего солнца, пробивающиеся сквозь грязные окна, и несколько свечей в пыльном тяжелом подсвечнике. Несколько клиентов сидели у маленьких круглых столов и пили эль и вино, но большинство стульев пустовало. За длинной дубовой стойкой в глубине таверны стоял грузный человек с курчавыми каштановыми волосами, глубоко посаженными глазами и низким лбом. Закатанные почти до плеча рукава открывали волосатые ручищи; трактирщик был в фартуке. Две служанки в белых блузках с глубоким вырезом и темных юбках переговаривались вполголоса с хозяином, рядом с которым они казались совсем крошечными.

Заметив стоящих у входа Джарида и Бадена, великан проревел:

— Магистр! — и вышел из-за стойки поприветствовать их.

— Привет, Маймун, — сказал Баден с несколько меньшим энтузиазмом.

— Магистр Баден! — продолжал Маймун, не обращая на это внимания. Очень рад снова видеть тебя. Прекрасно выглядишь. Тут заходил маг Транн, и я сказал ему, что оставил для тебя комнату. А это кто такой?

— Джарид, мой ученик.

— Рад познакомиться, Джарид. Любого друга Магистра здесь примут с удовольствием. — Маймун снова обратился к Бадену, обнимая его за плечи медвежьей лапищей и подводя к столу у углового окна; он без умолку твердил о своих делах, запасах эля и снижении пошлины на вино городскими старшинами; о том, как с каждым годом меняется клиентура. Кроме тебя и мага Транна, разумеется, — сказал он. — Члены Ордена — совсем другое дело.

— Разумеется, — равнодушно ответил Баден.

Трактирщик помчался выяснять, готово ли кушанье. Вскоре одна из служанок, привлекательная миниатюрная девушка того же возраста, что и Джарид, принесла две кружки темного сладкого эля.

— Ужин будет через полчаса, — сказала она, поглядывая на Джарида. Хотите пока что печенья с маслом?

— Было бы неплохо. — Баден подавил улыбку.

Когда девушка ушла, магистр так посмотрел на ученика, что тот покраснел.

— Похоже, мне не нужна комната с двумя кроватями... Только не забывай, что открытие Собрания через час после рассвета.