Университетский мост благополучно остался за спиной и с каждым шагом удалялся все больше.

— Но не навсегда же. И здесь я точно знаю, что всегда смогу подзаработать.

— Обидно за родной город, что ты его воспринимаешь лишь источником дохода.

— Я люблю Лангрию, но деньги, согласись, не самый последний аргумент. Без них даже тебе пришлось бы туго. Никакого здания театра, никаких приглашенных артистов из столицы…

— Кстати, об этом, — воодушевился Джеймс и взмахнул рукой, словно надеясь показать блестящие перспективы очередной затеи. Справедливости ради, большинство из них оказывались удачными, позволяя небольшому театру выделяться на фоне известного, но несколько старомодного центрального Лангрийского. — Мне удалось заманить к нам саму Миру! Она путешествовала между городами с гастролями и согласилась несколько дней провести в Лангрии, на нашей сцене! Как раз три выступления осталось.

— И сколько стоит билет? — с показным равнодушием спросила Ная, скрывая от неугомонного приятеля охвативший ее трепет.

Несмотря на небольшой возраст — они с Наей были почти ровесницами — Мира успела снискать славу одной из лучших вернийских танцовщиц. Заполучить ее хотя бы на один вечер мечтали большинство театров, кабаре, ресторанов и трактиров, под нее писали музыку, а многие музыканты отдали бы свой инструмент в обмен на совместный номер.

Нае доводилось видеть ее в столице, и она навсегда осталась очарована пластикой и выразительностью танца, теми историями, которые Мира рассказывала людям через свои движения — грациозные и решительные, плавные и резкие…

Если бы существовала очередь из желающих выступить с ней на одной сцене, Ная распихала бы всех и встала первой.

— Все раскуплено, — развел руками Джеймс и с подозрительным энтузиазмом предложил. — Но мы же друзья, да? И я готов провести тебя в свою ложу!

— Что ты за это хочешь? Не строй из себя оскорбленную невинность, твой альтруизм сильно ограничен твоей корыстью.

— Допустим, — легко согласился он. — Завтра вечером я проведу тебя в ложу и познакомлю с Мирой, а если договоритесь о программе, то в первую очередь покажете у меня. По рукам?

— Завтра вечером я буду на городском пикнике, и вариантов не ходить у меня нет, — разом поскучнела Ная. С куда большим удовольствием она променяла бы Крейга на вечер в театре, вот только обещания привыкла исполнять всегда и не собиралась бросать работу на середине. В конце концов, возможность посмотреть на Миру еще выпадет, а испорченную репутацию придется восстанавливать не один год.

— Тогда через два дня, на последнем выступлении. Там, конечно, уже приглашено много гостей, придется выкручиваться…

— Хватит юлить, ты уже знаешь, что от меня хочешь. Говори прямо.

— Как тебе известно, зрители проходят в театр по билетам, но для тех, кого приглашаем, составляются отдельные списки, они лежат у капельдинера на входе. Выступающим артистам мы всегда готовы организовать приглашение для пары друзей, и Мира им воспользовалась.

— Что, привела за собой целый табор? — пошутила Ная, но Джеймс, напротив, помрачнел и тяжело вздохнул, как будто на его плечи лег непосильный груз. Для него такое уныние было совсем не свойственно, и она предположила. — Или вписала кого-то лишнего?

— Ладно бы лишнего! Хотя бы имя, а то так, одно обращение — некто «милорд».

— И тебе это не нравится? Не думаешь, что это может оказаться, допустим, любовник, личность которого женщина не хочет раскрывать?

— Да ради всех богов, пускай! Что я, на романы в театре не насмотрелся, чтобы мне было дело до того, кто с кем спит? Но, веришь ли, опасаюсь, — Джеймс настороженно оглянулся и перешел на едва слышимый шепот. — Не люблю в театре посторонних, и пусть скрывать мне особо нечего, но… К тому же, поговаривают, в городе «милордом» зовут одного не слишком законопослушного деятеля. Одним словом, хочу знать, кто это, а то вдруг надо бежать в управление стражи и вымаливать у них пару лишних ребят.

— Как ты это себе представляешь? — на всякий случай уточнила Ная. Просьба была не уникальной, обращались к ней и с таким, и способов выяснить личность она знала несколько, от совсем элементарных расспросов горожан до применения личного обаяния и способностей. И не то, чтобы у нее оставались правила приличия, через которые бы не позволила перешагнуть необходимость, но на кону стояла слишком привлекательная возможность сотрудничества. — Я день и ночь буду дежурить у ее гостиницы, высматривая посетителей? Или лично к ней на допрос сходить? Боюсь, тогда о выступлении можешь забыть, да и у меня завтра пикник.

— Что ты! — неподдельно ужаснулся Джеймс: спугнуть редкую птицу ему самому очень не хотелось, и было бы весьма некстати с учетом аншлагов. — Просто присмотрись, когда мы будем в театре. Он же наверняка захочет попасть к ней в гримерную, но я попрошу ребят никого не пускать за сцену до конца выступления, а там ты подойдешь, постоишь за углом, присмотришься.

— Но ничего не обещаю, учти, — предупредила Ная. — Если он в тот день не придет или не попытается встретиться с Мирой, неудача не будет нарушением нашей договоренности.