Шестое и последнее, что необходимо для спасения, – это до конца быть твердым во благе; о такой твердости сказал Господь, Мф 10, 22: «Претерпевший же до конца спасется». По поводу того места из Евангелия, где Иудеи заявили о Господе: «Если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста» (Мф 27, 42), – сказано у Бернарда: «И в самом деле Тому, Кто является Царем Израилевым, надлежит не сходить с креста, а скипетром владеть и нести спасение народам, и ныне явить ту твердость, которой Он учил» [2448] .

Здесь мы продолжим наш рассказ о диавольских кознях, о чем мы начали повествовать ранее. В городе Болонье учились три приятеля школяра, родом из Тосканы, и положили они вместе вступить в орден братьев-миноритов. И хотя они от всего сердца надеялись вступить в орден блаженного Франциска, как они и условились между собой, решили /f. 450a/ они, что один из них отправится в Тоскану на заработки, дабы иметь им средства и себя содержать, и другие расходы нести, как полагается тем, кто отрекается от мира и вступает впервые в монашеский орден; прекрасным и достойным подражания примером тому может служить история Елисея, 3 Цар 19, 19–21, и Матфея, Лк 5, 27–29. И когда прошел этот школяр через Казалеккьо и по дороге, что ведет к Креспеллано, подошел к мосту через Рено, то тут поразил его своей дланью бес, и упал школяр в реку, и ушел под воду, и захлебнулся. А потом труп его обнаружили поблизости от местечка Полезио [2449] , и он не был погребен достойным образом. Это то самое местечко Полезио, в котором были владения брата Перегрина из Болоньи, человека благочестивого и образованного, и пил он только воду, а вина терпеть не мог, и дважды был министром в ордене братьев-миноритов, а именно в Греции и в провинции Генуи.

А так как первый приятель не возвращался (ибо не мог, будучи утоплен бесом), порешили двое других, остававшихся в Болонье, что один из них отправится в Тоскану с той же целью, а заодно поищет и их пропавшего собрата. И когда подошел этот школяр к вышеупомянутому месту и прошел немного дальше, диавол обрушил с крыши маленькой церквушки большой камень ему на голову и проломил ему череп, и он тотчас же рухнул на землю мертвым и был погребен рядом с этой церквушкой. Когда же и второй школяр не вернулся назад, ибо не мог уже этого сделать, третий школяр вступил в орден братьев-миноритов, не ведая, что же приключилось с его товарищами. И был это брат Петр из Кори, из уст которого я услышал историю, о которой пишу. Он, когда еще был послушником в Болонье, сопровождал брата-священника, который исповедовал прихожан в местечке /f. 450b/ Полезио. Брат, который был священником, сидел в церкви и исповедовал, а послушник этот снаружи беседовал с людьми, и вдруг появился бесноватый, видом свирепый и ужасный. Молвил ему брат Петр: «Я тогда удостоверюсь, что в тебя действительно вселился бес, если ты сможешь на латыни поведать мне о судьбе трех приятелей школяров: что стало с каждым из них?» Тогда бес заговорил и повел речь на прекрасной латыни, чему брат Петр был крайне изумлен, ибо видел перед собой грубого и неотесанного мужика, который так складно говорил с ним и так бойко рассуждал. И когда бес начал отвечать на вопрос о трех приятелях, то сказал, что это он прикончил двух школяров таким образом, как было сказано выше. Петр спросил тогда беса о третьем, и тот сказал: «Мне неведомо, что стало с третьим, ибо он бежал и ускользнул от меня». И добавил: «Он, конечно, может бежать, но не скроется от меня, ибо в конце концов я приведу его к такому убежищу, "о котором кто услышит, у того зазвенит в обоих ушах" (1 Цар 3, 11)».

Расспросил брат Петр жителей этого местечка, правду ли бес говорил о трупе школяра, который там якобы обнаружили. И признались они, что было именно так, как показал диавол. Когда же он со всем тщанием стал разузнавать о другом школяре, то обнаружил, что и это тоже правда. Чего же еще? Возрос он в ордене братьев-миноритов и преуспел в учении книжном, и был изрядным знатоком канонического права, и даже всю Библию толковал на французском наречии. День шел за днем, год за годом, и вот он стал министром ордена в провинции Генуи, потом на Сицилии и в Тоскане, и пробыл в этой должности семь лет. И отличался он подозрительностью, дабы у него все ходили по струнке, и ему ничего не стоило разразиться бранью и осыпать человека оскорблениями, – «кого хо/f. 628/тел, возвышал, и кого хотел, унижал» (Дан 5, 19); он был человеком лицемерным, лукавым и злобным, хитрой лисицей, низким и презренным притворщиком, человеком вредным и проклятым. Папа Александр IV его смертельно ненавидел и презирал. Петр был сыном какого-то священника из его епископства [2450] , когда он еще не был папой. Когда я жил в Тоскане [2451] , он [Петр] был моим министром и кустодом. После того как я покинул те места, он совершил много гнусного и безобразного, чего не стоит здесь и пересказывать и за что братия наказала его сурово; и много раз он выходил из ордена, и скверно кончил, как того заслуживал. И таким образом то, что ему напророчил бес, похоже, было правдой. Об этом сказано, Сир 7, 1: «Не делай зла, и тебя не постигнет зло». И далее там же сказано: «Не сей на бороздах неправды, и не будешь в семь раз более пожинать с них» (7, 3).

А все вышесказанное мы рассказали из-за того брата, которого обманул бес, явившись к нему и пообещав папский престол. Это может оказаться полезным для распознания злобных и хитрых диавольских уловок, ибо бес намеревается вас не развлечь, а обманом увлечь к погибели; и как говорится о Боге, что Он «хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим 2, 4), так и диавол хочет всех отправить в ад и оставить в плену заблуждений. А посему «не верь им», то есть бесам, «когда они говорят тебе и доброе», Иер 12, 6. Впрочем, здесь достаточно уже сказано об этом предмете, вернемся теперь к тому, о чем речь шла ранее, и продолжим наше повествование. /f. 450d/

В лето Господне 1285, в XIII индикцион, а этот год мы начали описывать выше, весь месяц март было полно блох. И было их столько весь тот месяц, что если бы это случилось в разгар лета, то и тогда казалось бы, что их слишком много. Частенько мне вспоминались стишки, которые обычно твердят:

Применительно к блохам блаженный Августин изрек, имея в виду и самого смиренного человека, и самого надменного [2452] : «"Что гордится земля и пепел?" (Сир 10, 9). Повелевай себе блохами и спи!»

Еще в том же году, в седьмой день от начала марта, в субботу, незадолго до вечерни, послышались чудовищные и ужасные раскаты грома, засверкали молнии, и внезапно повалил град великий вместе со снегом и побил сады плодовых деревьев, особенно миндаль, гранат и ранние смоквы, то есть их плоды, о которых сказано, Мих 7, 1: «Спелого плода ... желает душа моя».

В том же году на Пятидесятницу, которая пришлась на 13-й день от начала мая, в Милане состоялся генеральный капитул ордена братьев-миноритов, и были на нем отрешены от должности многие министры и пересмотрены установления: /f. 451a/ что-то к ним добавили, что-то, наоборот, изъяли. И был на том капитуле викарием брат Петр, министр Аквитании, который был кафедральным магистром; и получил он много голосов, дабы стать генеральным министром, ибо предыдущий генеральный министр брат Бонаграциа скончался; но верх взял брат Арлотт из Прато в Тоскане, который был кафедральным магистром и читал лекции в Париже; и стал он генеральным министром ордена братьев-миноритов.