— Иван, вставай!

Егор меня за плечо тряс.

— Чего?

— Вставай!

Гарью какой-то пахнет… Горим?

Со сна ещё в себя не пришел. Как друг Мишка говорил, подняли, а разбудить забыли.

— Хунхузы?

— Какие хунхузы, пожар!

Мать его… Только этого ещё не хватало…

Горела не изба Егора. Дело было хуже.

— Лес горит!

Я вскочил с кровати. Чуть не упал — подштанники Егора, что вчера мне после бани были выданы, не только широки мне, но и длинны.

Как был, на двор выбежал. Босыми ноженьками.

Ещё не рассвело до конца, а где-то за деревней красные отсветы было видно. Крепко, скорее всего, горит.

Оттуда и дымком тянуло. Не сильно, но обоняние-то у меня зверьки здорово усилили. Тот же инородец, едва ли дым сейчас чуял.

— Что делать? — я старообрядца за рукав тронул.

Он собран уже весь — одет, обут, а я в одних его подштанниках красуюсь.

— Одевайся быстрее, топор бери и пойдём.

Моё постиранное было ещё немного влажновато, но это сейчас и не хуже.

— Готов?

— Готов.

— На топор.

Что он, огонь собрался рубить? Его заливать водой надо…

Оказалось, рубить и надо было.

За деревню мы с Егором и инородцем выбежали, через луг к краю леса метнулись, а мужики там уже рубили. Понятно, не огонь.

Кусты они рубили, а бабы и ребятишки лопатами землю копали. Как бы свободную от дерна полосу делали между деревней и лесом.

Чем они таким занимаются?

Этакой канавкой, если пожар сюда подойдёт, от огня не убережешься.

— Что это?

Егор куда-то убежал, и спросить о том, что тут происходит, у меня получилось только у инородца.

— Отжиг делать будут, — пояснил он.

— Что? — не понял я.

— Отжиг. Огонь огню навстречу пустят.

Тут до меня и дошло. Отжиг — это встречный пал. Так дома, что здесь делать думают, называется. По телевизору как-то такое я видел. Это, когда огнём от огня защищаются. Выжигают на земле полосу от всего, что гореть может, этим и огонь задерживают. Так и тут дома деревни от лесного пожара защитить хотят.

Хорошая технология…

Вот для чего полоса земли, свободная от дерна. Поэтому, и мужики кусты вырубают, а ветки от них за полосу и кидают, поближе к деревьям.

На лугу, ещё и стога сена народ растаскивает и туда же, за полоску сено носит.

— Керосин где?

Заорал кто-то. Не Егор ли? Голос на него похож.

— Несу, несу! — бабий голос ответил.

Гарью сильнее и сильнее пахло.

Рубщик из меня оказался никакой и я быстро лопатой был вооружен. Тут у меня дело пошло лучше.

Вот ведь, планировал на сегодня аппарат с ноги инородца снять, а в роли пожарного выступить получилось. Никогда таким раньше не занимался.

— Поджигай!

Вроде, опять Егор кричит?

Точно, он.

Что-то плохо у нас отжиг сделать получается… А, нет — загорело тут и там, в сторону леса огонёк пошёл…

— Что стоишь, копай давай! — какая-то девка в меня лопатой чуть не тычет. — Спит на ходу!

— Копаю, копаю…

Рукавицы, хоть любые, надо было взять мне на руки…

Точно, кровавые мозоли я сегодня заработаю…

А, вон, они уже и есть почти…

С такими руками, как аппарат теперь снимать?

Мля…

Глава 31 Не получилось

Гарью пахло сильнее и сильнее…

Уже совсем рассвело, а я и другие деревенские всё копали и копали.

Пот у меня уже с носа капал. Не только по щекам тёк.

Ладони давно немилосердно жгло, но лопату ведь не бросишь…

Что-то встречный пал не больно у нас получался. Натасканное сено, да ещё и политое керосином, вспыхнуло и быстро прогорело. Срубленные кусты сырые были — толку от них никакого…

Несколько сосен, что мужики свалили, вроде сначала и занялись. Не сами их стволы, а только ветки. Хвоя на веточках потрещала, потрещала, огоньки на них побегали… Вот и весь результат.

Да уж…

— Копайте! Копайте!

Егор деревенских подгонял, а они всё чаще на избы свои поглядывали. Думали, наверное, что пора заканчивать это безнадежное мероприятие. Надо скорее лопаты бросать, в деревню бежать и добро своё спасать. Тащить, что можно подальше от огня, который по лесу сюда всё ближе продвигается.