Вечером голубой "шевроле-корвет" отъехал от студии и вскоре Боксон заметил группу мотоциклистов, державшихся за "корветом" уже несколько кварталов.

– Катрин, журналисты часто преследуют вас?

– Если бы только журналисты! Пять лет назад за мной полгода ходил какой-то тип в грязной одежде. Хорошо, что охрана всегда рядом. Потом он куда-то исчез.

– Наверное, это тоже - издержки всеобщей любви...

– Говорят, что маньяки убивают предмет своего обожания, перешагнув грань, разделяющую любовь и ненависть.

– Вероятно... Давайте поужинаем сегодня в китайском ресторане. Вы умеете пользоваться палочками для еды?

– Нет, не умею, но однажды пыталась научиться!

– Я тоже не умею. Пора повторить урок.

Репортеры, не слезая с мотоциклов, сфотографировали их на крыльце ресторана "Два веселых дракона", что на бульваре Распай, в VII-м округе. За ужином Катрин и Боксон безуспешно пытались овладеть умением есть с помощью палочек, но если большие куски утки по пекински ещё как-то удавалось ухватить, то рис был абсолютно неуловим.

– Интересная страна - Китай!
– рассуждал Боксон.
– Более миллиарда население, более пятидесяти веков непрерывной цивилизации... В этой стране заложен необыкновенный потенциал. Когда-нибудь китайцы захватят весь мир, причем сделают это без единого выстрела.

Когда к чаю подали малюсенькие пирожные, Катрин спросила:

– Чарли, расскажите о себе что-нибудь интересное...

– Весной 45-го по парижским улицам на джипе ехал молодой британский сержант Томас Боксон. На одном из перекрестков он остановился около юной парижанки по имени Адель Трево и предложил её подвезти. С тех пор мои родители так и ездят вместе...

– А откуда у вас шрам на лбу?

– В детстве упал с велосипеда...

– Чарли, расскажите мне об ангольских алмазах...

Боксон захохотал, с соседних столиков начали недовольно поглядывать, так что Катрин пришлось смущенно уточнить:

– Почему вы смеётесь?

– Все в порядке, Катрин! Мне этот вопрос задавали все мои знакомые. Но история простая. Моя группа оказалась в окружении. Фронта уже не было, было просто бегство разрозненных людей. И тогда я придумал прорываться не на юг, где нас ожидали кубинцы, а на север, чтобы потом, углубившись в тыл к кубинцам, вернуться в Намибию, но не со всеми отступающими войсками УНИТА, а где-нибудь в другом месте, где боевых действий нет, и кубинцы потому туда ещё не пришли. Первое время мы шли по джунглям пешком, а потом я организовал засаду на дороге, и нам удалось захватить небольшой караван пять грузовиков. Обыскивая убитых, я нашел небольшой, но тяжелый суконный мешочек. Когда его развязал, то обнаружил маленькую горсточку необработанных, но очень качественных алмазов.

Всего камней оказалось сто десять штук. Каждый камень был примерно в полтора карата. Я объявил о своей находке, и на первом же привале алмазы были разделены по жребию. В моей группе, кроме меня, было двадцать семь человек - каждый получил по четыре камня, всего сто восемь. Оставшиеся два я отдал в пользу раненых. Мне в тот момент на алмазы было наплевать - если бы мы прорвались в Намибию, денег я бы получил больше, чем стоили всё это сокровище, кристаллы-то необработанные, простое сырьё. А если бы не прорвались, то алмазы мне тем более бы не понадобились - Харон перевез бы меня через Стикс бесплатно. Поразительно было видеть, как несколько камушков, размерами меньше ногтя на мизинце, вдохновляют человека! По дороге в Намибию нам пришлось ещё пару раз вступать в бой, и мы не просто победили, но у нас не был убит ни один человек! А так как у нас были грузовики, мы вывезли с собой всех своих раненых, и все они выжили. Вот тогда я даже сам поверил, что могу приносить удачу.

– Значит, вам просто повезло?

– А на войне многое зависит от фортуны. Но самая лучшая удача - это та, которая подготовлена заранее. На войне ведь не просто как на войне - на войне следует себя вести, как на войне. Во всех отношениях.

– Вы - суровый человек, Боксон...

– Я - командир! Мне доверены жизни моих солдат, я отправляю их в бой, некоторые из них погибнут, поэтому я должен предельно сократить возможные потери. А сложить кучу из трупов - своих или чужих - любой дурак сможет. Простите, мы очень далеко отклонились от алмазной темы.

– Мне это было интересно, Чарли. А больше вам алмазы не попадались?

– Нет, такое случается только раз в жизни. Те камни, видимо были украдены с прииска, иного объяснения, почему они оказались у простого шофера грузовика, я не нахожу. Кстати, многие так и не поверили, что я раздал солдатам все найденные алмазы. Бродят слухи, что главную часть сокровища я припрятал в Анголе, и поэтому все время возвращаюсь туда. Ко мне даже обращались покупатели, и уходили от меня огорченными моим непонятным отказом - ведь они предлагали хорошую цену!

– Чарли, давайте сегодня вечером перейдем на "ты"?

– Это необходимо?

– А почему нет?

– Это может придать нашим отношениям некоторый оттенок фамильярности...

– Ну и черт с ним! Сейчас мы выйдем из ресторана, и нас сфотографируют на крыльце. Между прочим, я ещё ни разу не была у вас дома.

– Но ведь и я не был у вас дома, и, помнится, не проявлял особой настойчивости для проникновения...

– И правильно делали! А сегодня я хочу побывать у вас в гостях. У вас, что, тоже творческий беспорядок?