Карадрис подошел ко мне, присел рядом и произнес:

— Как ваше самочувствие?

— Нормально, но слабость дикая. — ответил я, пытаясь подняться, но потерял равновесие и рухнул бы на пол, если б Карадрис не придержал меня.

— Отдохните несколько минут и попробуем снова.

— Что это вообще было? — спросил я, ментально ощупывая канал.

— Не уверен. Возможно излишняя устойчивость клапана, но надо проверить. Пока отдыхайте, а я создам пару конструктов-поглотителей для подстраховки и попробуем еще разок.

Сев на полу поудобнее, я задумался о произошедшем. Я довольно много читал о различных флюм происшествиях и аномалиях, но не мог припомнить что-то похожее на произошедшее со мной. Такое чувство, что мой ментальный клапан вообще не способен двигаться. Что, черт возьми, происходит?

Ладно, разберемся. Пока паниковать рано!

Я наблюдал, как Карадрис ваяет флюм-конструкты (видеть этого я не мог, но зато ощущал вполне отчетливо) и вдруг осознал насколько сильно изменилось его отношение ко мне. Раньше он был молчалив и не особо-то вежлив, а сейчас, спустя два месяца общих тренировок, он показал что все же имеет способность к эмпатии и даже может проявлять заботу. Видимо, узнав меня поближе и увидев что я не так уж и плох, он проникся уважением ко мне. А может быть, он просто проявлял заботу о своем ученике и после обучения его поведение изменится… Поживем — увидим.

Закончив приготовления, Карадрис поднял на меня взгляд:

— Попробуем еще раз, но сейчас наполняйте канал постепенно, однородными потоками.

Я медленно заполнил канал, после чего вновь нажал на клапан, но все равно ничего не произошло и Карадрис использовал конструкты для поглощения энергии из моего канала. Следующие три попытки так же не увенчались успехом.

— Карадрис… — прошептал я, совершенно выбившись из сил. — Что со мной?

— Я не знаю, господин. — сказал он, с недоумением глядя на меня.

– ---

Больше трех часов я сдавал анализы, проходил тесты и подвергался различным видам сканирования в медицинской лаборатории. Под конец меня и вовсе облепили датчиками с головы до ног и заставили вновь попытаться открыть ментальный клапан (опять безрезультатно). Шаиф тщательно изучил все показатели и подтвердил, что физически я абсолютно здоров, поэтому теперь оставалось ждать вердикта Калина. Я смотрел, как ученый вместе с Сабитером и Карадрисом внимательно изучают данные последнего сканирования, и надеялся что все окажется не так плохо. История знает немало случаев разных особенностей ментального тела, которые не позволяют нормально применять кумуляцию, и большинство из них вполне излечимы, так что волноваться нет причин, верно? Но что если все окажется не так радужно? Нет, не надо думать об этом! Все будет хорошо, я уверен!

В конце концов, Килин закончил свои исследования, покачал головой и подошел ко мне.

— Господин, у меня плохие новости, — сказал он, отчего мое сердце пропустило пару ударов. — Мы обнаружили, что ваш ментальный клапан имеет невероятно плотную структуру и в два раза толще нормы. Из-за особенностей вашего развития, ментальное тело накапливало гораздо больший объем флюма чем могло безопасно впитать, поэтому выпускало его через еще неразвитый ментальный клапан. Это привело к неравномерному созреванию клапана и сильно изменило его структуру, в результате, он не в состоянии открыться в следствии стандартных ментальных манипуляций, хотя способен пропускать излишний внутренний флюм.

Я ошарашено посмотрел на стоящих возле сканера Сабитера и Карадриса, у которых на лицах застыло скорбное выражение. Мне хотелось увидеть намек на то, что все не так страшно и еще можно все исправить, но его не было.

— Помимо нехарактерной структуры клапана, я обнаружил у вас так называемый синдром Итетретакса — в какой-то момент, ваше ментальное тело стало эффективнее формировать одни защитные механизмы за счет других, в результате чего, у вас попросту нет подсознательного восприятия канала и ментального клапана. По отдельности, изменения ментального клапана и синдром Итетретакса успешно лечатся за пару лет, но вместе, они создали уникальный образ ментального тела, а значит стандартные методы лечения будут неэффективны и даже опасны.

— Ты хочешь сказать… что это навсегда? — хрипло произнес я, пытаясь совладать с охватившим меня страхом.

— К сожалению да, — произнес Килин. — Существует небольшая вероятность повышения стабильности воздействия на вторичные структуры…

— Господин, наука не стоит на месте! — воскликнул Сабитер, подходя ко мне. — Всего десять лет назад считалось, что нарушение целостности ментального тела неизлечимо, но сейчас, его могут восстановить с помощью имплантов! Многие травмы и болезни считались смертельными, пока не создали зелье Жакоба-Фенгаля. Я уже не говорю про рекуперативные зонды, которые стали революцией в магический хирургии. Вполне возможно, что вскоре и ваш недуг смогут вылечить.

— Почему вы не узнали об этом раньше? — громко спросил я, глядя Килину в глаза. — Ты ведь знал что я нестандартно развиваюсь! Почему ты ничего не сделал?!

— Господин, поймите, все не так просто, — сказал Килин с печальным выражением лица. — Ваши показатели могли указывать на полсотни различных патологий и невозможно предугадать что именно получится в итоге. К тому же, вмешательство в процесс формирования ментального тела крайне опасно и может привести к ментальным травмам и смерти! Даже если бы я знал о вашей проблеме, то поверьте, не смог бы ничего сделать!