Люди вгляделись в темноту. Когда новая молния осветила горизонт, все увидели огромные холмы, вздымающиеся из воды, и воина в крылатом шлеме, что заносил над ними свой молот. Из воды прямо на их глазах медленно вынырнула огромная голова чудовища.

– Это Ёрмунганд!
– закричал кто-то рядом с Ракель.

Она прижалась к борту, а звуки моря подавили ее тихий вой. Рагнарёк уже наступил!

– Что-то не так! – услышала она крик Сигтрюгга и обернулась. – Нас тянет в открытое море!

Девушка нашла глазами скалистый берег, что был различим в темноте грозы, но поняла, что скалы отдаляются от них.

– Ставангр совсем близко, навалимся на весла, надо скорее доплыть до берега! – закричал ярл Хундольф, который плыл с ними на одном драккаре. К сожалению, передать эту команду другим кораблям было просто невозможно, но он надеялся на сообразительность людей.

Как можно скорее люди прыгнули за вёсла и начали грести так быстро, как никогда ранее в своей жизни. Молитвы слышались отовсюду – люди славили и молили Тора о его милости, просили помочь справиться со стихией. Но бог не мог услышать никого из них.

Драккары бросало на волнах, а когда Ракель обернулась, то увидела, что не все из кораблей последовали их примеру. Два или три из них уже превращались в маленькие точки, удаляющиеся к горизонту. Как удивительно, подумала Ракель, они совсем скоро увидят Тора и Ёрмунганда так близко, как никто из смертных не видел богов и чудовищ.

Корабли скрылись за волнами от её взора.

В путь до Ставангра с ними вышло всё северное полчище Скалля. Люди, которые выживали на замёрзшем севере и долго кочевали по равнинам, идя за своим бессмертным вождём. Им приходилось противостоять таким глупцам, как отец Ракель, и бороться за право идти дальше. Несчастные люди севера, которые просто очень хотели жить. И они уносились прочь в открытое море, где их теперь поглотит стихия.

Вода мчалась к горизонту, утаскивая с собой легкие кораблики[НГ1] . Но люди на драккаре ярла Хундольфа боролись из последих сил, быстро работая вёслами. Ракель держалась за крепкие верёвки и молилась вместе со всеми. Ставангр был совсем рядом, а путь к нему почти ничего не преграждало - в Рогаланде, землях, в которые они прибыли, берега были не скалистые, к ним каждый день причаливали торговые корабли.

Вот и сейчас Ракель надеялась, что они зайдут в гавань Ставангра без проблем. Что не наткнутся на скалы, не налетят на берег. Но вдруг она увидела, что берег стал значительно ближе к ним. Ракель поняла, что вода покидает берега Рогаланда, и вскоре вёсла царапнули дно.

Неколько других драккаров следом налетели на берег Ставангра, но вода уже была совсем далеко, поэтому каждый следующий корабль оставался все дальше от пристаней города. Люди выпадали из опрокинутых драккаров и бежали изо всех сил к городу, где их встречали люди Рогаланда.

Ракель не поняла, что произошло, но, когда она обернулась, то увидела дно другого драккара, нависшее над ее головой. Корабль налетел на них, и треск был громче кричащих со всех сторон людей. Дерево разошлось, впуская оставшуюся воду. Ракель очень быстро оказалась за бортом и стала барахтаться, утопая в собственной огромной накидке. Вода уходила всё дальше, сразу подхватывая людей и закручивая их в мощный водворот и разбивая головы о камни. Ракель гребла и гребла, борясь с потоком. Мощная рука схватила ее за накидку и поволокла вверх. Во всяком случае казалось, что именно туда, потому что низ и верх, право и лево сейчас поменялись местами.

Чудесная воля богов вытянула её на поверхность. Всё тело было ободрано о скалистое дно. Холодный воздух сразу впился клинками в лицо девушки. Это Фюн - или Эта?
– вытащил Ракель на поверхность. Он постарался перекричать страшный шум:

– Ставангр! Ярл Скьялг! Скорее помогите нашим людям!
– к счастью Ракель разобрала эти слова. Она разлепила свои залитые водой и кровью глаза и увидела, как к ним со всех сторон бегут люди. Они помогали затащить на песчаный берег всех, кто мог выбраться из воды. Раненых подхватывали под руки.

Ракель встала на колени и поползла. Этот неприветливый берег встретил не много выживших, и Ракель была одной из них. Два брата Трюггвиссон как одно целое объединились неподалеку, громко расспрашивая друг друга о травмах. Темноволосая Бейла выла поблизости над недвижимым телом сестры Эмблы. И ещё несколько фигур окружали Ракель. Она обернулась, чтобы посмотреть, что происходит во фьорде. Там был настоящий ужас. Некоторые драккары сели на мель, но многие из них просто развалились, напоровшись друг на друга. Как тот, на котором плыла она сама.

Впереди люди ползли и бежали по голому берегу, а отставшихсмывало обратно в открытое море.[НГ2] Одни кидались за другими, чтобы помочь, а кто-то спасал скот и поклажу. Но все как один в ужасе кричали, заполняя Мидгард страшным отчаянным гомоном.

Что теперь с ними будет?

Ракель обхватила себя руками, лёжа на песке, и затряслась мелкой дрожью от холода и страха.

– Эй, - позвала она, пытаясь вновь вдохнуть жизнь в озябшее горло. – Эта! Фюн!

Братья не услышали её, хотя находились совсем рядом - зов Ракель потонул в завываниях Бейлы. Женщина направила свой взор к сражающемуся на горизонте Тору, посылая ему множество молитв. Однако, как бы она не трясла тело сестры, та уже не шевелилась.