— Отлично пока ты тут, я побрею тебя.

Полоскает рот и утирает губы.

— Я сам это могу сделать.

— Не вредничай. Я сидела смирно, пока ты ковырялся у меня в зубах, теперь моя очередь.

— Решила поиздеваться?

— Раинер, заткнись.

Я приказываю ему сесть на стул, помогаю снять майку и швыряю ее в корзину с бельем.

— Повязку не надо менять?

— Завтра приедет врач, пусть сам меняет.

— Нужно бы принять душ.

Я подкатываю его к ванной и заставляю его откинуть голову. Беру душ и хорошенько намыливаю ему голову. Он пыхтит как паровоз. Я начинаю его передразнивать.

— Ничего, ничего, придет мой час издеваться.

— Я же любя.

Промываю ему волосы и высушиваю полотенцем. У зеркала я его причесываю, сначала назад, как он это обычно делал, затем на один бок, потом на другой, вперед, снова назад и каждый раз я давала ему любоваться собой. Он сидел с каменным лицом и стрелял в меня глазами.

— Хватит издеваться, — не выдерживает он.

С улыбкой зачесываю ему все волосы назад. Беру пену для бритья.

— Тебя наголо или модельную.

— Я тебя сейчас прямо тут поимею. Дай сюда.

— Нет. Где бритва?

— В первом ящике справа.

Достаю «супер» бритву с тремя лезвиями.

— Ого, а десять есть? Десятая, наверное, кости полирует?

Он улыбается. Я хорошенько смазываю его пеной, а сама едва сдерживаю смех. Беру бритву и начинаю от висков. Разобравшись с одной щекой, перехожу на другую.

— И где ты этому научилась?

— Ноги каждую неделю брею.

— Да и не только ноги.

Я прищуриваюсь.

— Помолчи лучше у меня острая бритва в руке.

— Дай сюда, с шеей я сам справлюсь.

Он отбирает у меня бритву и быстрыми четкими движениями заканчивает процедуру. Я протираю кожу полотенцем и смазываю гелем пахнувшим, так же как и его духи.

— Вот такой ты мне больше нравишься.

Раинер изгибает бровь и требует откатить его к кровати. Пока он берется за книги, я забрасываю все его вещи в машинку.

— Где твои футболки?

— В гардеробной.

Достаю ему чистую черную футболку и помогаю надеть.

— Спасибо, — буркает он.

— Тебе еще что-нибудь нужно?

— Нет.

— Тогда я после обеда поеду домой.

Он кивает. Собираю на балконе его чистую одежду и иду гладить. Кстати, кто ему делает уборку в доме? Может, приходящие уборщицы? Через час Джози зовет меня обедать.

— Кушать хочешь? Может, в этот раз сядешь за стол? — спрашиваю Раинера.

— Пока не хочу, — он что-то печатает в ноутбуке. Я оставляю его и прохожу на кухню. В этот раз Джози приготовила утку по-пекински. Мясо сочное, нежное, мягкое, ароматное. Грех отказываться от такого вкусного обеда. Снова захожу к Раинеру.

— Точно не хочешь? А может тебя с вилочки покормить?

— Я же сказал ничего не хочу.

— Решил сесть на диету?

— Да, — рявкает он. Паразит вредный. Собираю его выглаженные рубашки, футболки и брюки. Слышу за спиной тяжелые шаги. Оглядываюсь. Высокий мужчина двадцати трех или четырех с игривой улыбкой на губах оценивающе смотрит на меня, держа руки в карманах черных брюк. — Добрый день.

— Добрый. А вы кто? — спрашивает он любезно. Что-то в его лице мне знакомо.

— Я Софи, временная сиделка, но уже и уборщица, и гладильщица и почти нянька капризному большому мальчику. А вы?

— Нил, я его кузен.

— А-а-а.

Вспомнила, это Раинер с ним был в Тибете. С охапкой вещей я подхожу к двери в спальню.

— Как он?

— Злой как черт.

Нил улыбается, голубые глаза блестят. Я открываю дверь и пропускаю мужчину.

— Я смотрю, ты время не теряешь, — повышает он голос. Раинер морщится.

— Ты мог бы так не орать. Башка болит.

Убираю вещи Раинера по полкам в гардеробной. Одежды у него навалом, я себе такое позволить никак не могу.

— Машинку конечно жалко, — слышу голос Нила.

— А меня значит, не жаль?

— Тебя нет. Месяц и ты встаешь на ноги, а машину на утилит осталось отправить. Хорошо, что никого не сбил иначе тюрьма.

— Умеешь же ты морально поддержать.

— Права насколько забрали?

— На год.

— Хорошо, что не на все пять.

Я возвращаюсь в комнату. Нил ловит мой взгляд.

— С такой, как у тебя сиделкой я живо бы встал на ноги.

— Она мне не сиделка, а подруга.

— Подруга? Это даже хорошо, — улыбается Нил и задумчиво смотрит на мою грудь. Я хлопаю глазами и перевожу взгляд на Раинера. Он ревностно смотрит на брата, затем на меня.