Егор ознакомился с материалами дела, которые я ему отправила, еще вчера, и вместо того, чтобы ахнуть или как-то прокомментировать суть иска, сразу принялся делиться профессиональным видением ситуации.

– Истец отказался от своих исковых требований, - спокойно произносит адвокат, когда мы от простых светских любезностей, перешли к обсуждению дела.
– Я видел заявление, все в рамках закона.

– А причину не назвал?
– откладываю чашку с чаем, даже он не лезет, хоть чай вкусный, сразу видно, уровень юриста, с таким-то офисом.

– Указано, что причиной послужило внесудебное урегулирование спора, - легко отвечает Сташевский.
– Он, надо полагать, с вами все урегулировал?

Неужели все так просто? Где-то определено зарыта собака, так не бывает, чтобы мое поведение с ножом на родительской кухне осталось забытым и Дима просто урегулировал спор. Нет, я не верю в такие чудеса.

– Нет, я вообще только вчера утром узнала, что он собирается сделать.

Мне немного страшно, но я не хочу признаваться в этом Егору. Не скажу, что не доверяю ему, мама бы точно не подсунула мне «своего» адвоката, но пока придержу свои мысли.

– Все чисто, Александра Валерьевна, если он вдруг передумает, у него все равно не получится снова с теми же требованиями обратиться к правосудию, - словно почувствовал на вкус мой страх, заверяет адвокат.

– Я не за это переживаю, если честно, - обнимаю себя руками, так вдруг зябко и противно становится. Моя вчерашняя уверенность давно ушла, и на ее место пришло какое-то отчаянье.

– Вы будто не рады, все же в целом закончилось хорошо, - непонимающе смотрит Сташевский, - за что конкретно, вы переживаете?

Что мне ему сказать? Что Дима меня мало волнует, мне просто нужны ответы от другого участника, хотя наверняка, не правильно называть Максима другим участником. Представитель другого участника?

Слишком все это просто, может все дело в том, что и Максим в какой-то момент, понял, что проиграет и просто ушел восвояси? Отказаться от клиента лучше, чем проиграть дело. Тогда выходит, он мне лгал, не собираясь вообще никак помочь? И его просьбы довериться, были лишь пустым звуком? Неужели все ради секса, или мести, или для сбора информации? Господи, столько вопросов…

– Вы видели требования Левченко, и что думаете?
– пристально смотрю на своего нового адвоката, и не вижу никакой расстерянности или неуверенности в себе. Все, что я видела от Левина постоянные метания туда-сюда, а этот Егор наоборот спокоен, как удав.

– Вы хотите понять, насколько Левченко был близок к своей цели?

– Вы так хорошо за сутки в деле разобрались, я хочу услышать, как защищали бы меня вы?

– Ну, вы не оставили мне другого выбора, пришлось в сжатые сроки изучать материалы, - по-доброму смеется он, - но, если быть совсем честным, у Левченко были шансы забрать свою долю, хоть и сомневаюсь, что половину.

– Мой адвокат…

– Не стоит, - резко поднимает ладонь, перебивая меня, - не рассказывайте мне линию своего адвоката, пусть я не в восторге именно от него, но грязью никого поливать не хочу. Дело не в том, что вы могли проиграть, потому что линия защиты была не правильно выстроена, хоть отчасти, так и есть. Это тяжелый процесс, серьезно, в нашей стране мало таких прецедентов, их можно сказать вообще нет, и здесь в первую очередь, нужно было доказать сам факт вашего совместного проживания.

– И что ему бы это дало?
– несколько раз моргаю, вспоминая, что, что-то такое упоминал Макс.

– Он грубо говоря, давал вам деньги на ваше содержание, вы же, тратили их на свой магазин, фактически вкладывали его деньги.

Ах вот оно что, Дима даже здесь показал всю свою гнилую сущность.

– Очень мило, правда?
– с трудом выдавливаю из себя улыбку.

– Это уже мораль, - пожимает плечами Сташевский.
– Вы были вправе распоряжаться ими как захотите, но это было совместно нажитое: он в вас, вы в магазин, а магазин, в свою очередь, дает прибыль. Ваш первый полет, осуществился благодаря Левченко, тут его адвокат быстро пришел к такому выводу и все правильно рассчитал.

– И я бы проиграла?
– добиваю себя окончательно.

– Ну, может не прям проиграли, но свою часть, ту, которую определил бы суд, он вполне мог получить. Но, сложно уже что-то говорить, не я представлял вас с самого начала, может, мы бы сделали все иначе?

Жаль, что я не знала его раньше, мне и в голову не могло прийти, что у моей мамы такие связи.

Пару минут молчу, собирая всю картинку целиком.

– И никого бы ничего не смутило?
– мне дико и обидно за всех женщин, кого полностью обеспечивает мужчина. Получается, никому доверять нельзя? Всегда должна быть подушка безопасности?