Уже в ванной, пытаюсь взять себя в руки и встретить этот день с боевым характером. Некогда лить слезы, на носу куча работы и новая коллекция. Чем бы этот процесс не закончился, я должна быть сильной. Потом подумаю о личном.

На словах легко, а вот на деле сомневаюсь. Вчера утром, я проснулась в объятиях Жукова, и это было поистине доброе утро.

Стук в дверь возвращает меня на грешную землю.

– Саша, там к тебе пришли, - мама переминается с ноги на ногу, и я вижу, что она очень недовольна утренним гостем.

Паника охватывает все тело, а вдруг Максим? На телефоне нет ни одного сообщения и звонка, но вдруг он точно знал, где меня искать?

Быстро умываюсь, привожу волосы в порядок, чищу зубы, и ловлю себя на мысли, что я просто жалкая. Сама ушла, громко хлопнув дверью, а в итоге навожу марафет, чтобы хорошо выглядеть. Но за ночь, я тысячу раз все в голове прокрутила и все же решила, что если он выйдет на связь и попытается поговорить, я дам ему такую возможность. Я люблю его.

Но каково же было мое удивление, когда зайдя на родительскую кухню, вместо Максима вижу пьющего кофе Диму. Его только не хватает для полного «счастья».

– Что ты здесь делаешь?
– не церемонясь, сразу перехожу к делу.

Само появление Димы в квартире моих родителей не сулит ничего хорошего. Не знаю, какая истинная цель визита, но от этого полностью напрягается мое тело. Он здесь абсолютно не желанный гость, и он этого знает.

– Выпечка твоей мамы бесподобна, я скучал по вашим фирменным рецептам, - как ни в чем не бывало, произносит он.
– Доброе утро, кстати. Или уже наверное обед почти. Долго спишь, тебе на работу разве не нужно? Могу подвести?

– Спасибо, я как-то сама разберусь, - общаться нормально у нас уже просто не получится, к чему эти светские наигранные улыбки?

– Что ты как не родная, Шурок?
– внушительный кусок пирога заходит в его рот и я ловлю себя на мысли, что этот человек мне противен. Сама в шоке, что когда-то мы были вместе.

– Серьезно? Интересуешься, почему я как не родная? У тебя что, память отшибло?

– Ну да, между нами были разногласия, но ты знаешь, я пришел к тому, что мы все можем забыть и жить мирно, - легко отвечает Дима, словно мы чуть-чуть повздорили, и вовсе не враги.

От шока на его вопиющую, на мой взгляд наглость, я просто открываю рот. Жить мирно? Он наверняка издевается, и это очередная попытка его и его семьи, выбить меня из колеи здравого смысла.

Интересно, а где Максим? Он вообще в курсе, к кому ходит в гости по утрам его клиент?

– Зачем ты пришел?
– специально игнорирую его слова, чтобы еще больше не заводиться. Я должна держать себя в руках, мало ли, чего они хотят добиться.

Дима виновато опускает глаза, и вытерев салфеткой рот и руки, поднимается с дивана. Я не боюсь его, никогда на самом деле не боялась, у него слишком кишка тонка, чтобы что-то мне сделать, но почему-то этот виноватый вид и обстановка в целом, заставляет меня изрядно напрячься.

– Я пришел мириться, - выдыхает он.
– Вот, - протягивает мне небольшой букетик цветов, который я даже не заметила как вошла на кухню.
– Прости, забыл, какие ты любишь.

Забыл? А он вообще когда-то мне их дарил, чтобы помнить какие я люблю? Стою ровно, не даю ему ни малейшего повода подумать, что ему тут рады.

– Что значит ты пришел мириться? Тебе напомнить, что ты подал на меня иск в суд и завтра, у нас как раз заседание?

– Да, и об этом тоже надо поговорить, - замешкался, хочет прикоснуться ко мне, но видимо мое “добродушное” лицо не дает ему это сделать.
– Мы могли бы сделать вид, что ничего не произошло и начать все сначала?

– Что?
– выпаливаю.
– Дима, ты с ума сошел? Как такое можно забыть?

Ничего не могу с собой поделать, но истерический смех вырывается из моих легких, и через пару секунд я уже хохочу как ненормальная. В принципе, я знала, что у меня дурдом в жизни, но не представляла, что это так смешно.

– Ну, да, я был не прав, что подал этот иск, но я просто не знал, как еще привлечь твое внимание, ты нужна мне Шурочек, вернись ко мне, а? И давай все начнем с самого начала, когда у нас все было хорошо? Помнишь, как нам хорошо вместе было?

– Хорошо? Когда у нас с тобой все было хорошо, помнишь?
– давлюсь воздухом, это что, розыгрыш?

– Я виноват, не разглядел тебя, мне дико жаль, что ты страдала. Прости, видимо не нагулялся, - делаю глубокий вдох, от его слов перед глазами будто расплываются красные волны. Я в бешенстве.

– Ну, сходи еще погуляй, и пока будешь гулять, забудь ко мне дорогу.

– Шнурок, ну, что ты начинаешь?
– он пытается меня приобнять и не выдержав этого натиска, толкаю его в грудь.