— А герцог всегда так… эм, ребячится что ли? — уже когда лошади тронулись, спросила Эстер. — Мне казалось, аристократы более серьёзны в поведении.

— Другие может и серьёзны, а Рагдар затем сюда от семьи и переехал, чтобы его не трогали, как он однажды сказал, «всякие серьёзные дяди и тёти». И не касалась политика, — ответил Арлен. — Так что, да, ребячится. Что ж, у него для этого есть возможности и средства, к тому же всё законно и достаточно безобидно. Хотя, знаешь, поддержку промышленности и меценатство трудно назвать простым ребячеством.

— А у вас, значит, есть промышленность? — заинтересовалась девушка.

— Вагоностроительный завод, на окраинах две текстильные фабрики, крупнейшее в регионе ремонтное депо, посудная фабрика, а недавно ещё под какое-то предприятие земли выделили, я не уточнял…

— И всё тут, в городе и вокруг? — усомнилась Эстер.

— Учитывая быструю застройку, скоро придётся всё переносить опять загород, — почему-то как-то разочарованно ответил Арлен.

— Ну, теперь понятно… — припомнила впечатление от центра девушка.

— Что понятно?

— Да так… — отмахнулась Эстер. — Слушай, может, всё же дорасскажешь про эту вашу Ашаке?

— Как легко ты переходишь с темы на тему… — несколько мрачно заметил собеседник.

— Нет, ну мне правда интересно! Что произошло?

Как и ожидалось, маг снова замолчал. Эстер некоторое время просто ждала, потом состроила обиженную мордашку и отвернулась. Арлен продолжал игнорировать.

— Нет, ну скажи! — снова заканючила девушка.

— Если расскажу, отстанешь? — уточнил он.

— Как только решу, что мне хватит, — заверила Эстер. — Ну, когда у меня кончатся вопросы, в смысле.

— С твоим любопытством они не кончатся никогда.

— Кончатся, — упрямо кивнула она.

Он снова задумался. Сомневался. Эстер не сводила с него больших и честных во всём глаз. На всякий случай. Потерять момент не хотелось. Смущал немного кучер, как лишняя пара ушей, но он похоже был целиком и полностью занят лошадьми, ведь вороной из пары то и дело пытался нашкодить или укусить своего чубарого брата по упряжке.

— Да бес с тобой… — сдался всё-таки Арлен. — Только давай конкретику. Чтобы я действительно знал, чего ты от меня хочешь.

— Хочу, чтобы ты рассказал, что произошло с Ашаке! — повторила Эстер.

— Что я уже успел тебе рассказать?

— Ничего, кроме того, кто она такая. И картину в общих красках. И то на этот момент я поняла так: ты зачем-то призвал эту Ашаке, а она зачем-то выбила тебе глаз… — задумалась девушка.

— Я был бы рад, если бы обошлось только этим.

— Зачем она тебе вообще понадобилась? — дала всю волю любопытству Эстер.

— А вот и начинаются проблемы с объяснением ситуации… — снова задумался Арлен, отведя взгляд от закончившейся стены сада. — Мне придётся углубиться в события, произошедшие за три, а то и четыре года до этого неудачного ритуала.

— А когда он сам-то был?

— Восьмой год уже пошёл.

Эстер прикинула время. Давненько, однако. Также эта цифра напомнила ещё что-то. «Брат. Не виделись с братом семь или восемь лет… И парочка Эманов пропали без вести в это же время», — вспомнила она разговор мага с Рагдаром.

— Хорошо. Давай по порядку: зачем тебе понадобилась эта «воплощающая желания»? — всё-таки поинтересовалась снова Эстер.

— Мне она была незачем. Её появление стало следствием ошибки при подготовке к ритуалу, и я вроде это уже говорил. На деле должен был появиться случайный дух, достаточно сильный, чтобы стать посредником, но при этом настолько слабый, чтобы не смог прорвать защиту, построенную силами двух самонадеянных семнадцатилетних идиотов. А появилась Ашаке.

— Погоди! — одёрнула его девушка. — Вас ещё и двое было?

— Я и Лейтон. Второй ученик… — пояснил Арлен.

— А что случилось с ним? — тихо спросила Эстер.

— Ничего. Он успел сбежать. А может, она его просто отпустила, не знаю. В любом случае, подозреваю, что сейчас он целый и невредимый продолжает своё существование там же, где и остался.

— А почему ты думаешь, что она его могла отпустить?

— Ашаке, как я уже говорил — начало всей, так называемой, тёмной магии. Не знаю, чем она отличается от светлой на деле, я так и не понял. Видимо только тем, что имеет иной источник. В любом случае, Лейтон был, да и сейчас, верно, является тёмным магом.