В лицо тут же ударил спёртый воздух с засевшим в нём тяжёлым запахом алкоголя и табака. Девушка даже не сморщилась, хотя её немного замутило. Ничего, привыкнет, не в первый раз. Твёрдой походкой, не обращая внимания на оглядывающихся на неё посетителей, Эстер прошла к стойке бара. Кто-то свистнул ей вслед. Девушка плюнула в ту сторону, показав не самый приличный жест. В углу бара засмеялись. Стойка оказалась для неё слишком высокой, почти по шею, пришлось подняться на цыпочки, зацепившись руками за край, чтобы заглянуть за неё. Некоторое время Эстер думала, как обратиться к сухому сгорбленному человеку по ту сторону, который задумчивыми однообразными движениями мыл полки в баре. Наконец девушка просто шумно прочистила горло и постучала по стойке. Костяшки пальцев неприятно липли к грязному дереву. Человек медленно, рывками оглянулся, словно его голова держалась на тугом и неровном шарнире.

— Я могу видеть хозяина этого… заведения? — стараясь как можно милее улыбаться и строить водянисто-зелёные глазки, проворковала Эстер.

— Тебе зачем? — проскрипел этот словно деревянный человек. — Малолеткам всё равно не продаём.

Даже его лицо и тонкие костлявые руки были покрыты скорее не кожей, а сухой и грубой корой, какая бывает у старых подгнивающих деревьев.

— Там на двери объявление, — не обратив внимание на замечание, указала большим пальцем за спину девушка.

Деревянный задумался, поскрёб щетину на шее, слепо уставившись на дверь. Через некоторое время Эстер снова напомнила о себе, раздражённо прочистив горло.

— Подожди, сейчас приведу. Сядь где-нибудь… — Он обвёл рваным жестом зал, после чего двинулся куда-то за полки.

Хлопнула дверь. Эстер надулась, лениво провела пальцем по липкому дереву стойки, затем оглянулась, разыскивая место для ожидания. К несчастью, все столики оказались заняты. Группа собутыльников недалеко от входа с гоготом нескромно позвала её к себе. Эстер скривилась и демонстративно ушла в другой конец помещения. Тут уже было как-то легче: ближе кухня, откуда шёл воздух заметно посвежее, а три столика оказались со свободными местами. За одним, тихо хихикая, выпивали два подростка из рабочих, за вторым полулёжа спал упившийся вусмерть посетитель, за третьим мирно ужинал некий рыжий субъект, как-то не вписывающийся в общую обстановку. В целом встреть она его на улице, не обратила бы внимания. Но в данном месте он выглядел подозрительно. Девушка почему-то вспомнила, что он тоже проходил сюда мимо неё, когда она только увидела объявление.

Она снова задумалась. Подростков отсекла сразу. Сидеть за столом с кем-то вообще как-то не хотелось, но особого выбора не было. Девушка покосилась на рыжее существо. Странно, но желания садиться к нему за стол было не больше, чем за стол к спящему пьянице. Эстер уже двинулась к последнему — этот вариант хотя бы гарантировал тишину и спокойствие — но тут перепившего посетителя встряхнуло и обильно вырвало. Прокашлявшись, пьянчуга снова рухнул на стол и захрапел, пуская слюну, а Эстер постаралась сдержать собственный спазм и, пытаясь особо не кривиться, свернула к рыжему, в коем по строению тела она заподозрила мужчину.

— Т… тут свободно?

Он поднял взгляд. Правую половину лица скрывала густая чёлка, так что Эстер увидела только один словно выцветший жёлтый глаз, пересечённую глубоким шрамом переносицу, не сильно веснушчатую щёку и тонкие бледные, как и всё лицо, губы. Не сказать, что взгляд был доверчивым. Изучающим и затравленным — может быть. Пару мгновений Эстер была уверена, что он её вообще вряд ли видит или смотрит насквозь, в пустоту. Некоторое время он и она вот так, замерши, словно дикие зверята, разглядывали друг друга. Причина молчания оставалась неизвестной. Наконец девушка нашла силы ещё раз приветливо улыбнуться и неуклюже присела в подобии реверанса. Парень покосился на свободное место напротив и наконец кивнул. Эстер вздохнула, оглянулась на стойку бара и села за стол. Он же, опершись щекой о свою руку, продолжил прерванный ужин, не слишком активно вылавливая вилкой куски тушёного мяса из азу. Казалось, он снова перестал её замечать.

Эстер нетерпеливо постучала пальцами по столешнице, ещё раз оглядела помещение, помотала босыми ногами и внимательно изучила круги от кружек на столе. Ожидание затягивалось. Девушка снова обратила внимание на соседа по столику. Наткнувшись на его взгляд, она даже немного струхнула и нахмурилась. Он как будто не сразу заметил, что смотрит в её сторону, а когда понял, то смутился и отвёл глаза, сделав вид, что всё это время наблюдал за мухой, что кружилась над спящим недалеко пьянчугой. Девушка нервно передёрнула плечами.

— Чё тебе надо?! — наконец не выдержала она.

— А? Ничего? — растерянно ответил он, на этот раз открыто взглянув на неё.

— Тогда чего пялишься?

— Да вроде бы не пялюсь… — ещё тише неуверенно ответил он, намеренно стараясь больше не смотреть в её сторону.

Эстер гневно хмыкнула и одёрнула подол платья ниже. На всякий случай. Искоса она продолжала наблюдать за этим типом. Выглядел он действительно для этих мест как-то слишком чисто и аккуратно, словно новая кукла. Узкая светло-лиловая рубашка без воротника, светлый кожаный жилет с длинными полами. В довесок к густой длинной чёлке имелся ещё и не менее густой хвост волос, аж до пояса. Через угол спинки стула была перекинута сумка, причём довольно объёмная. К ремню сумки крепилось что-то железное в чехле, в чём Эстер заподозрила нож. Ну что ж, у неё тоже ножик за поясом есть, в этих местах без оружия ходить — самоубийство.

Он в её сторону больше смотрел. То ли нарочно, опасаясь снова её реакции, то ли потерял интерес, то ли найдя в стороне что-то иное. Украдкой девушка продолжала, наблюдая за окружением, приглядываться и к нему. В голову закралась мысль, что он мог сюда попасть случайно: может, шёл куда-то мимо, да вдруг решил заглянуть, не разобравшись? Несмотря на то, что он категорически выделялся на фоне остальных посетителей, казалось, никто кроме Эстер не обращает на его присутствие внимание. Он словно тоже не желал контактировать с миром вокруг себя, отчего перестал казаться опасным.