Марика ничего не ответила, сосредоточившись на неровной израненной коже под ладонями. От него шел тяжелый сильный запах, такой непривычный после умащенных благовониями изульцев — пота, крови, пыли… Леса.

— А ведь я правда собирался вернуться, — сказал Кит тихо.

Марика встретилась с ним взглядом и вздрогнула.

— Все это время я думал о том, — продолжил он, — как поднимусь по дороге от Тремпа — а там меня будешь ждать ты.

— А мне в этой истории ты отвел какую роль? — сухо усмехнулась Марика, возвращаясь к ссадинам и кровоподтекам. — Ждать?

На этот раз настала очередь Кита промолчать. Марика медленно перемещала ладони по его лицу, шее, плечам, груди. Нащупала два сломанных ребра.

— Выдохни, пожалуйста, — попросила тихо. Убедилась, что нет осколков рядом с легким, зафиксировала кости. Руки уже покрыла толстая корка, и кожу нещадно саднило — но она боялась прерваться. Сейчас, пока Кит молчал, можно было притвориться, что это просто очередной раненый, больной, которому нужна ее помощь.

— Марика, — позвал он тихо. Она тяжело вздохнула — до ног добраться не успела. «Ну и пусть хромает», — подумала сердито и подняла взгляд.

— Они убьют меня, — сказал Кит совершенно уверенно. — Возможно, просто запытают до смерти — но живым я отсюда точно не выйду.

Марика поднялась на ноги. Достала из кармана смоченный духами платок и начала методично протирать ладони.

«А смысл? — пронеслось в голове. — Все равно ведь черные».

— Помоги мне, — сказал Кит. — Я не прошу тебя принять мою сторону, или любую другую сторону — просто помоги мне выбраться отсюда.

Она протирала ладони.

— К тварям войну, Аргению, Изул, весь мир, — он старался говорить спокойно, но слова лились все быстрее, — но ведь это ты прибежала тогда к озеру в грозу. Это ты подала мне руку над пропастью. Пожалуйста, Марика.

Марика аккуратно сложила платок и убрала в карман.

— Ты знаешь, что я теперь могу усыпить целый замок? — сказала она с усмешкой — и ушла, не дожидаясь его ответа.

Три движения. Мягкое, короткое — завеса тишины собралась у нее в ладони липким пухом. Круговое, резкое — мертвенный свет погас, оставляя на коже темную пыль. И быстрый щелчок пальцами — после которого в темноте тихо звякнули цепи.

Потом, много лет спустя, она пыталась понять, в какой же момент все-таки ошиблась? Где была точка невозврата, с которой все пошло не так? Когда она решила поехать в Кассию? Когда накладывала Pravitatis на стены крепости? Когда спустилась в темницу? Когда вышла из нее?

Когда прибежала к озеру?

Когда протянула руку над пропастью?

Марика сидела на кровати, обхватив колени руками, все еще полностью одетая — даже подумать о сне было невозможно. Дальше по коридору в своих покоях крепко спал Мергир, поскольку она так и не сняла с него чары. Ей нужно было еще время, чтобы подумать, побыть одной. Впрочем, пусть спит. Он явно не высыпался в последние дни.

Когда все проснутся, когда обнаружат, что Кит сбежал — что Марика будет делать? Заподозрит ли ее Мергир? А если нет, то сможет ли он убедить других, что саидх тут ни при чем? Впрочем… А надо ли их убеждать? Ведь это она отпустила Кита. Это правда. Если она сама об этом скажет — что будет тогда?

И не надо ли ей было сбежать вместе с Китом? В груди стало холодно, когда эта внезапная возможность — очевидно, упущенная, — вдруг открылась Марике. Она могла уйти с ним. Почему она этого не сделала?!

«Но ведь он не об этом тебя попросил», — горько улыбнулась Марика. Выпрямилась, расправила плечи. Нет, она никому ни о чем не расскажет. Это ее дело. И это она — маг. А если Мергиру или другим изульцам что-то не нравится, они могут попробовать от нее избавиться. Марика коротко усмехнулась, — Волк блеснул клыками — представив себе это.

Внезапно ей послышался какой-то шум, и она спустила ноги с кровати. Прислушалась. Так и есть — голоса, шаги.

«Проснулись», — подумала со вздохом — но сейчас Марика уже была готова встретить их. Поднялась, подошла к двери, распахнула ее — не хотела, чтобы ее застали в комнате, где было так немного пространства для действия. На всякий случай.

В коридоре было темно. Марика вгляделась в черноту, ожидая, как из нее появятся Мергир и остальные изульцы. Задержала дыхание, когда из-за поворота показалась одинокая фигура, но пару неровных ударов сердца спустя она рассмотрела, что это точно не Мергир. А потом ее сердце застыло. Потому что это был Кит.

— Что ты… — начала она, но он махнул рукой, и воздух вокруг зашуршал, обволакивая тишиной. Бросил коротко:

— Идем. Быстро.

Сердце бешено заколотилось.

— Кит, они уже проснулись, — торопливо заговорила она. — Мы не сможем выйти так просто…

Он быстро покачал головой, и его лицо было собранным и уверенным, совсем не таким, как раньше, в темнице.

— Поверь мне, — сказал Кит, ровно, убедительно, и его голос был тихим и вкрадчивым… Как голос Лиса.