Не волнуйся. Я умею быть осторожным. Пей. У нас впереди длинный день.

Ты хороший человек, сказала Лотти. Спасибо тебе.

У тебя пять минут на то, чтобы умыться и одеться, сказал Бойд и вышел.

Садист, ответила ему Лотти.

Кто бы говорил, эхом раздался из коридора голос Бойда.

Лотти не смогла сдержать улыбку.

Она натянула вчерашние вещи. По крайней мере, вчера ей хватило ума сменить пижаму на нормальную одежду. Обнаружив раздавленный «Ксанакс» в заднем кармане брюк, она бросила его в рот и запила двумя глотками кофе. Ей нужно было искусственное спокойствие, чтобы стереть из памяти эту ночь и встретить новый день.

Лотти взяла пачку сигарет и сунула её в карман. Она курила только когда пила. «Не делай этого», предупредила себя Лотти и вышла из комнаты.

На улице мокрый снег слепил глаза и порезы на лице; Лотти поспешила сесть в машину.

Отвези меня сначала домой, попросила она. Мне нужно проверить детей и переодеться.

Работа дворников была единственным шумом. Им особо нечего было сказать друг другу, а тому, о чём они думали, лучше было остаться несказанным.

Бойд припарковался у её дома, и Лотти опустила свои длинные ноги из машины.

Спасибо, Бойд.

Что мне сказать Корригану, если он будет искать тебя?

Скажи ему, что я проверяю зацепки.

Какие зацепки?

Когда выясню, тогда и сообщу тебе.

Лотти мягко закрыла дверь машины. Время воскресить сильную Лотти. Пока не слишком поздно. 

Хлоя Паркер сидела за столом, тушь стекала по её влажным щекам. Лотти остановилась в дверях. Войти или убежать?

Прости меня, Хлоя, сказала она, входя на кухню.

Не обращая на неё внимания, девочка подошла к мусорной корзине, достала оттуда пустую на две трети бутылку водки, открутила крышку, вылила оставшуюся треть в раковину, выбросила бутылку обратно в мусорное ведро и побежала наверх.

Лотти плюхнулась в кресло. Нужно поговорить с Хлоей. Позже.

Она позвонила матери, зная, что Роуз обрадуется тому, что именно Лотти первой прервёт их молчание. Она убеждала себя, что мучительное похмелье могло скорее помочь выяснению отношений, чем навредить. 

У Роуз Фитцпатрик ушло менее десяти минут на то, чтобы добраться до дома Лотти через весь город. На данный момент она стояла посреди её кухни у гладильной доски с утюгом в руке.

Лотти Паркер, тебе нужно чаще бывать дома. Эти бедные дети постоянно голодают и им совсем нечего надеть, сказала она, складывая тренировочную футболку Шона.

Лотти хотелось сказать Роуз, что спортивные майки гладить не нужно, но промолчала. Как она и ожидала, мать взяла всё под свой контроль сразу, как только вошла в её дом, ни о чём не спрашивая. После смерти Адама Роуз стремилась занять его место в их семье. Вмешиваясь и контролируя. Лотти подозревала, что в основе того лежала любовь к внукам, завернутая в защитную оболочку, которую создала сама Роуз. Но с последним скандалом все пошло наперекосяк, когда Лотти сказала своей матери пойти прогуляться или что-то вроде того.

Стоя ровно и выглаживая утюгом вещи, Роуз Фитцпатрик не проявляла никаких эмоций, её лицо было спокойным и гладким, за исключением морщин вокруг глаз, похожих на увядающий плющ. Её седые волосы были подстрижены коротко и уложены аккуратно. Некогда она красила волосы ежемесячно, но бросила это дело после своего семидесятилетия, пять лет назад, хотя по-прежнему ходила в салон красоты, чтобы помыть голову и сделать укладку феном.

Приготовить чашку чая? спросила Лотти вежливо.

Это твоя кухня, ответила Роуз, проводя утюгом по паре джинсов, чья ткань была словно картонная.

Ты будешь чай? Лотти наполнила чайник.

Иди и прими душ. Роуз поставила утюг. От тебя пахнет, знаешь ли. Потом можешь спрашивать меня о том, для чего сюда позвала.

Лотти выбежала из кухни. Мать даже не спросила, почему её лицо в синяках. Лотти сняла с себя одежду и встала под струи горячей воды. Её ребра были покрыты фиолетовыми синяками, голова болела, но зато она чувствовала себя чистой. Надев термическую футболку, сверху майку с длинными рукавами и джинсы, Лотти почувствовала, что готова встретиться с матерью.

Прежде чем спуститься, она заглянула в комнату Хлои. Её дочь лежала на кровати, на голове у неё были массивные наушники. Увидев Лотти, девочка намеренно отвернулась к стене.

Заглянув в комнату Кэти, Лотти обнаружила, что там никого нет. Она подумала было спросить Хлою, где сестра, но передумала. Шон был в своей комнате, разговаривая онлайн и играя в приставку. Наверняка он не спал всю ночь.

Роуз сидела на кухне за столом, держа в руках чашку чая. Гладильная доска исчезла, вещи аккуратно сложены, в кастрюле на плите варилась картошка, в духовке запекалась курица, а ещё не было и восьми утра. День Рождества. Именно тогда у них последний раз была нормальная домашняя еда. Неужели мать специально пыталась вызвать у неё чувство вины? Лотти выдавила из себя улыбку: